Герцогиня

(губернаторов) переходят сейчас в статус наследственных владетелей. Их заместители, называемые на юге виконтами (вице-конт), на севере — бурграфами. «Почтовые станции» — пфальцы. Управляющие этих служебных императорских резиденций называются пфальц-графами и тоже норовят во владетельные наследственные графья. Бароны разных мастей. Фрайхерры. Отличаются от просто баронов тем, что их владения — аллод, то есть маленькое, но самостоятельное гособразование, а не получены в лен от сюзерена, а сами они — микроцарствующие особы.
Имперские рыцари. Вот торчит на Рейном замок. В замке — рыцарь. Вокруг на три версты его земля. И как бы у него мозги в трубочку не сворачивались — трогать его нельзя. Никому, кроме императора.
Разница между дворянством и рыцарством. Рыцарь — личное, не имущественное или родовое свойство. Уже и в битве при Креси шестнадцатилетний Чёрный Принц командует флангом английской армии, просит подкреплений. Его отец, король отвечает гонцу: «Мальчик должен сам заслужить рыцарские шпоры». «Мальчик» — заслужил, французов раскатали вдребезги.
Основы домоводства в формате крупного феодального хозяйства.
Гапа — фыркала. Пришлось рявкнуть. Пошло нормально: Ростислава имеет представление. Конечно, к реальному управлению княжеским двором во Вщиже её не допускали по малолетству. Но хоть что-то. Окорока и лук — подвешивать, муку — ставить, бочки — проваривать. Нормы заготовки, способы хранения, контроль годности…
Домоводство от Агафьи, делопроизводство от меня.
Чисто например из первых дней.
Одетая в форменную мужскую одежду моих посыльных является ко мне.
— Садись, пиши.
Смотрит восторжено-влюблённым взглядом. Даже смущаюсь. Усаживается за столик, сосредотачивается, оглядывает письменный прибор.
— А… а на чём?
Факеншит! Забыл. На «Святой Руси» бумаги нет. Её привозят издалека и она другая. Мою тонкую белую «жестяную» бумагу в стопке видит первый раз.
— Вот это — бумага. На ней пишут. Положи чистый лист перед собой.
С трудом взяла — лист не отлепляется, пыталась послюнявить, потрясла над ухом — звенит, положила, недоумённо огляделась.
— А… а чем?
Второй факеншит.
— Справа гусиные перья. Уже заточенные. Возьми и посмотри.
На Руси — царапают. Писалом. По бересте или по восковым табличкам. Или рисуют краской по пергаменту. Кисточкой или тросточкой (калам).
Она — грамотная. Буквы — знает. Но не умеет. Не надо смеяться. Посади вас за китайскую клавиатуру… тоже не сразу.
— А что писать?
— Алфавит. Все буквы, которые знаешь.
— А… А как же? Это же ни к чему? Это ж этот… лист потом выбросить? Расточительство…
Другое отношение к письменному материалу. Его создание стоит труда. Детей учат грамоте на восковых складнях, потом написанное затирается и можно снова. Каляки-маляки на бересте не процарапывают.
— У меня ещё есть. Пиши.
— Ой. Клякса.
Во-от. От писала клякс не бывает. Мелочи, типа мелкой моторики или учёта степени поверхностного натяжения в слое чернил.
Коллеги, вы ж сплошь грамотеи. И своих подопечных этому учите. На чём? — На мембранных, ножничных или механических клавиатурах?
— Не беда. Засыпь песком.
Не могу вспомнить ни одного попандопопульца, который озаботился бы прогрессированием промокашки. Огнестрел — запросто. А промокашка? — Да ну её! А как без этого чернилами писать? А уж про песочницу — да не во дворе, а в письменном приборе! — никто и не вспоминает. Ещё один кусок тысячелетней культуры, части жизни множества людей, «убитый» шариковыми ручками и клавишным набором.
Я сюда жить вляпнулся. Без паражопля — обойдусь. А без множества грамотных, легкопишущих людей, «чернильных душ» — нет.
— Ой. А оно… синее. И пальцы вот…
Средневековые чернила либо чёрные («чернильный орешек»), либо бурые (окислы железа). У меня — производные золы. Да я ж про это уже…
Ростислава старательно, высунув язык, пригнувшись к столику, выводит «аз». С завиточком сверху, острым брюхом снизу и хвостиком в конце. Хрясь.
— Ой. Оно… сломалось.
Факеншит. Третий за сегодня. Сейчас плакать будет. Уже и губы дрожат.
— Фигня. Есть ещё. Сильно надавила. И измазалась вся.
Точно. Не только руки, но и мордочка в синих пятнах. И когда успела?
— Ладно. На сегодня всё. Иди отмывайся. Придёт Трифа — скажи, что я велел выучить тебя писать. На бумаге, чернилами. Четыре алфавита: русский, греческий, латинский, еврейский. И скоропись. Иди.

«Священное Писание» канонично на трёх языках: древнееврейском, греческом и латыни. Образованный человек