Это — альтернативная история. Не сколько об истории, сколько о человеке в ней. Детям — не давать. Лохам, терпилам и конформистам — противопоказано по мед. показаниям. Не рекомендовано: фрустрирующим, верующим, ностальгирующим, эстетствующим, рафиноидным, ксенофобнутым, ретросдвинутым, нацикам и поцикам. Слишком много здесь вбито. Из опыта личного и «попаданского». Местами крутовато сварено. И не все — разжёвано. Предупреждение: Тексты цикла «Зверь лютый» — ПОТЕНЦИАЛЬНО ОПАСНЫ. Автор НЕ НЕСЕТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ за изменения психо-физических реакций читателей, произошедшие во время и/или в результате прочтения этих текстов.
Авторы: Бирюк В.
ослабевая, по всей Европе.
— Но… э-э-э… А как же Анжу? Матильда? Мы же рассчитывали на их помощь против Медведя и его присных!
— Прежде всего нам следует рассчитывать на помощь Господа Бога. И императора. — Твёрдо произнесла Софья.
Сомнение в помощи императора означало сомнение в праведности «саксонского дела». А это уже прямая измена. Встряхнутые неожиданным сообщением мозги сотрапезников упали на обычные для них места, и судорожно закрутились.
— Барбаросса… Боголюбский… его дочь… А Плантагенетов побоку…? Что-то знает? О делах в Италии? Папа Александр дуба дал? Или — Плантагенет?… Рыцарей из Нормандии не будет. А что будет?… Денег где взять? — А караван? Нанять в Брабанте наёмников и раскатать Медведя. Лучше — Вихмана. А жрать дадут? — Если в караване сундуки с золотом… да хоть с серебром! — купим…
Проанжуйская партия существовала уже несколько лет. Они-то и попытались «ставить палки в колёса».
— Граф Анжу, герцог Нормандии, король Англии…
— Пошлите ему письмо. Немедленно. С моими извинениями. И заверениями в неизменной дружбе.
Софочка томно мурлыкнула и уточнила:
— Это любовь, господа. Герцог Генрих отдал своё сердце… моей дочери. Обрекать бедную Матильду на брак с нелюбящим мужем было бы крайней жестокостью. Надеюсь, что Короткий Плащ, заботясь о счастье своей девочки, поймёт. И испытает чувство благодарности.
— Но… но ваша дочь… Она же схизматка!
— Несущественно. Она вступит. В лоно. Как столетие назад сделал Евпраксия.
Имя русской императрицы Германии снова перегрузило мыслительные мощности присутствующих. Аналогии просто лезут в глаза. Русская княгиня. Муж — саксонец. Император враждует с папой. Караван. Хоть и не верблюдов, как прошлый раз. Генрих вскоре… того? А вдова вскоре… за Барбароссу? Но тот же женат?! — А разве он не развёлся со своей первой? И со второй… возможны варианты.
Смятение умов, произошедшее от заявления герцога за завтраком, наблюдалось и по другую сторону «линии фронта». Архиепископ Магдебурский, возмущённый гибелью своего проповедника в саксонских застенках, а главное — упущенной возможностью прибрать столь богатый караван, брызгал слюнями и призывал кары на головы. Схизматов, саксонцев, Вельфов… не важно. Сам дурак.
Пока Медведь настоятельно не посоветовал ему заткнуться:
— Новым браком Лев вызвал не только неудовольство королевского дома Анжу, но и возмущение поданных. Своих и Анжуйских. Он обманул ожидания многих благородных и влиятельных людей, на него пала тень обвинений в схизме, в еретичности. Смотрите на этих женщин, друг мой, как на греческого коня за стенами Трои. Тем более, что со старшей из них я… немного близко знаком. Это наиопаснейший враг для Вельфов. Просто не спешите.
Ещё через день русский караван, с парой присоединившихся саксонских барок двинулся вниз по реке. Софочка и её милый Лёва сутками не вылезали из шатра на носу одной из барок. «Обсуждая возможности установления мира в крае, его процветания, и другие государственные дела особой важности».
Хотя идущие дожди и наполнили здешние реки, но переход из Эльбы в Везер был бы слишком тяжёл для потрепанных морских ушкуев. Караван оставили на Эльбе, а сами, с небольшой свитой, перебрались конями к Вумму, поднялись по Везеру.
Там, где целуются Верра и Фульда,
им придётся поплатиться своими именами.
И здесь в результате этого поцелуя возникает
Немецкая до моря река Везер.
Верру пока считают Везером, а Фульду — просто притоком. Место «поцелуя рек» называется Мюнден. Несколько ниже, ниже «Вестфальских ворот», тоже на Везере, стоит Минден. Там тоже случился поцелуй. Не речной — ритуальный. «Нарекаю вас мужем и женой. А теперь… поцелуйтесь».
1 февраля 1168 года в кафедральном соборе Миндена епископ Вернер провёл бракосочетание. В тот же день, в том же месте, с почти теми же персонажами, что и в РИ. Сорокалетний герцог Саксонии Генрих, из дома Вельфов, женился на заморской принцессе. Только не на двенадцатилетней Матильде Генриховне, дочери короля Англии, герцога Нормандии, графа Анжу и пр., а на Ростиславе Андреевне — пятнадцатилетней дочери князя Суздальского.
Этот довольно толстый, несколько громоздкий человек, с прямыми, чуть завивающимися на концах белокурыми волосами, с чёлкой и длинными локонами до плеч по тамошней моде, выпуклыми голубыми, немного
