Герцогиня

Это — альтернативная история. Не сколько об истории, сколько о человеке в ней. Детям — не давать. Лохам, терпилам и конформистам — противопоказано по мед. показаниям. Не рекомендовано: фрустрирующим, верующим, ностальгирующим, эстетствующим, рафиноидным, ксенофобнутым, ретросдвинутым, нацикам и поцикам. Слишком много здесь вбито. Из опыта личного и «попаданского». Местами крутовато сварено. И не все — разжёвано. Предупреждение: Тексты цикла «Зверь лютый» — ПОТЕНЦИАЛЬНО ОПАСНЫ. Автор НЕ НЕСЕТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ за изменения психо-физических реакций читателей, произошедшие во время и/или в результате прочтения этих текстов.

Авторы: Бирюк В.

Стоимость: 100.00

Изобретательность Евпраксии, переодевшей слуг в женское платье и, таким образом, заманившей и законно выпоровшей законного мужа, описана Карамзиным. Следует отметить, что провокация: «запехать бы чарочку серебрену», современный аналог — подкинуть пакетик с наркотиками, в фольке вполне ожидаемое, хотя, конечно, нехорошее действие представительницы правящей династии. Как и соучастие в таком бесчестном деле святорусского богатыря.
В состряпанное Евпраксией и Алёшой дело втягивают Добрыню. Он лицо авторитетное, честное, не аффилированное.
Чарочку — нашли. Касьяна — закопали.
Живьём.

«Закопали атамана по плеча,
Закопали во сыру землю,
Едина оставили во чистом поле
Молода Касьяна Михайловича».

А калики в Иерусалим пошагали. Молиться.
Дальше пошли чудеса. Косяком. В смысле: милостью небесной. Ибо на земле нашей грешной без чудес — правды не сыскать.

Возвратились паломники на прежнее место:

«Молоды Касьян сын Михайлович
Выскакивал из сырой земли,
Как ясен сокол из тепла гнезда;
А и кудри на нем молодецкие
До самого пояса.
И стоял Касьян немало число,
Стоял в земле шесть месяцев,
А шесть месяцев будет полгода».

А чё нам? «Полгода — в любую погоду». Надолб изображать да прохожих пугать — милое дело. Только вот шерсть отросла.
Чудеса крепчают: уж и слуги княжеские к вымогателям переменились. Мечта попрошайки:

«И тут клюшники, ларешники
Пришли они к каликам, поклонилися,
Бьют челом к князю пообедати».

Евпраксии, само собой, божья кара. Как Касьяна закопали, так она и заболела:

«А с того время-часу захворала она,
Захворала скорбью недоброю,
Слегла княгиня в великое во огноище».

Фольк традиционно насылает на «плохих» женщин различные кож. вен. заболевания. Без детального эпикриза.
Конечно, праведник Касьян никаким гноищем не брезгует, и коль княгиня в своём прегрешении раскаивается, являет очередное чудо:

«Молоды Касьян сын Михайлович
А и дунул духом святым своим
На младу княгиню Апраксевну;
Не стало у ней того духу пропасти,
Оградил ее святой рукой,
Прощает ее плоть женскую:
Захотелось ей — и пострадала она,
Лежала в сраму полгода».

На Руси «святой дух» лучше любого антибиотика. Всякую инфекцию убивает