Герцогиня

Столпы русской словесности, гиганты духа и отцы демократии, останавливали свою историческую деятельность. Когда во двор въезжало это подразделение городской службы.
Дело внешне не хитрое. Если не вдаваться в подробности. Вычерпать, ёмкости и помещения продезинфицировать, продукт вывезти и на Кудыкиной горе в соответствующих местах довести до товарного состояния. Аккуратные, маркированные, четырёхкилограммовые упаковки сухих гранул в полиэтилене… мне не грозят. Однако и полученный полуфабрикат успешно применяется на опытных полях моей сельхозстанции.
При отказе от общегородской системы вблизи мест массового проживания (казармы, предприятия, училища…) нужны локальные. С учётом водопровода — накопительные ёмкости расширить, с учётом сохранения колодцев и естественной инфильтрации в водоносные слои — усилить гидроизоляцию. Кто, когда, в каких объёмах и сроках это сделает, кто — проконтролирует. Люди, инструменты, материалы. Обычная административная работа.
Коллеги, это — ваше. Попандопуло может не быть администратором, прогрессор — обязан. Слушать и понимать этих людей. Не выплёскивать «свободно падающим домкратом» собственные мысли, а внимательно, чутко, воспринимать их собственные. Находить в их, временами беспорядочных, бессвязных рассуждениях здравое зерно. И, найдя, приправив опытом последующих столетий в вашем понимании, вернуть им. Как их собственное.
Нечто подобное делает Шелленберг в «Семнадцати мгновениях…». Только наоборот: поймать чужую идею, расцветить, увязать и наполнить. И вернуть собеседникам как свою. Коллеги, не надо изображать из себя эссэсовского генерала: возвращать — как их собственную.
Вы думаете, проблема в вывозе дерьма? — Да. Но главное — научить их думать, воспитать у них навык решения подобных — необычных, системных… задач. Самими. В РИ их потомки догадаются. Не скоро. 18 век — обозы, 17 — «торговая казнь» за неубранный навоз на улице перед двором. До этого? — Уголья на помёт насыпать. И моровое поветрие — регулярно.

Терентий, начальник Городового приказа, смотрит внимательно, только дёргает, по привычке, изуродованным лицом. Фриц, главный мой архитектор согласно кивает. Сегодня, чуть позже, он будет рвать на себе волосы, брызгать слюнями и метать икру: я снимаю его с управления строительством. Поставлю Альфа — одного из его выучеников. Это ж как удачно я тогда, семь лет назад, парню рака на нос посадил! Приличный строитель вырос.
Фридрих Кельнерман поработает консультантом. И учителем для будущей герцогини. Язык, обычаи. Персоны-города-дороги. Сплетни-слухи-анекдоты. Живая ткань имперского социума пятилетней давности. Жаль, что пятилетней, жаль, что уровень вовсе не герцогский. Но… Как гласит русская народная: «на безрыбье — сам раком станешь». Станешь, Фриц, станешь. Не вопи. Выучишь, съездишь, отработаешь, вернёшься. К Светанке своей. И прочим… своим. И к проектам — тоже.
Строители разошлись, Терентий малость поябедничал: Христодул кирпича мало даёт.

Самоё тяжёлое в производстве кирпича — труд мяльщика и формовщика. Мяльщику особо ума не надо — топай и топай. Есть интересные подробности («тройной перетоп с разделением»…), но ими десятник занимается. А вот формовщик — работник с квалификацией и моторикой. Хороший формовщик даёт «голую тысячу» (1200 шт, в отличие от «чистой тысячи») кирпичей за 12-часовой рабочий день. Нехороший — сотню-другую.
Кирпичи у меня лепят каторжане. Зеки сходны с перелётными птицами: каждую весну начинаются побеги, беспорядки. Так было и в ГУЛАГе — от появления «зелёнки» до середины лета идёт массовый «вылет». Потом кислорода в воздухе становится меньше, эйфория спадает, эндорфины успокаиваются.
У Христодула мало бегают. Пойманных — забивают. Или местные жители, или поисковики. Технически наиболее удобная форма возврата «соскочившего» — головой. Одной. Опознаваемая черепная коробка — достаточное основание для выдачи премии и закрытия дела.
Нынче случился не побег, а свара: часть зеков напала на другую часть. «Жрецы» на «шишей». «Конвой стреляет без предупреждения» — половина формовщиков, случайно попавших под «гнев народных масс», погибла. Теперь надо ждать пока будет сформирован новый комплект таких мастеров.

— Терентий, ты неверно задачу ставишь. Барку с кирпичом для обустройства Костромы ты получишь. Но надо ставить кирпичный завод. Повыше. У Шексны? Нужно место с добрыми глинами. У тебя люди есть. Возьми у Горшени толкового мастера, который в этом разбирается, шли команду.