Закона больше нет, зато у всех и каждого есть оружие. Это Вавилон, рай для тех, кому нужна свобода. Но однажды в раю появились демоны… Президент страны, торговец наркотиками и мальчишка-беспризорник – что у них общего? К войне с кем готовятся сильные мира сего? И почему пропадают подростки?
Авторы: Шакилов Александр
ничего страшного. Хоть вперед ногами, хоть назад. Никаких обид. Обращайся, если что.
Выпив еще, я решил говорить начистоту. Интуиция подсказывала, что надо спешить, танцы вокруг да около оставим на потом. Я признался Чингизу, что у меня пропал сын, и я приехал к жене, да, бывшей, но всетаки жене, а тут какието шибко борзые «африканцы». Короче говоря, вот почему Макс Край здесь и пьет с какимто жлобом жуткую дрянь.
– Первоклассное сакэ! – деланно обиделся Чингиз и, подмигнув, достал из ящика стола заметный пузырь водки и чисто символическую баночку икры. – А вообще, ты прав, конечно, дрянь сакэ это. Но мне по статусу положено… Будьмо!
Рюмки соприкоснулись.
Далее беседа у нас пошла совсем уж доверительная. Я как бы между прочил поинтересовался насчет стимуляторов в клубе «Азия» – в этой богадельне вообще можно прикупить граммдругой химического счастья? Закусив икрой, Чингиз отмахнулся – мол, не люблю я это дело, не приветствую, но что поделаешь – бизнес клана. Лично он к торговле дурью отношения не имеет, наркоту курируют деляги с Барабана.
– Ну, чего ты, Край, завел этот разговор? Тебе жить осталось минуты полторы, а ты о гадости всякой! Давай лучше накатим за упокой твоей души.
– Чтоб земля мне была пухом, – согласился я.
Деляги с Барабана, значит? Залив в себя еще водки, я задумался.
Бывший рынок Барабашово – в простонародье Барабан – стал могущественным укрепленным анклавом, в глубинах которого «азиаты» производят различные товары, варят, а также жарят и парят наркоту, заготавливают человеческие органы и еще один Ронин – главарь клана – знает, чем промышляют. Свои товары «азиаты» экспортируют из города транспортными самолетами. Охраняемые бойцами грузовики курсируют от Барабана к аэропорту. Между анклавом и ПВО договоренность – ракетчики не сбивают самолеты, за что им хорошо отстегивают.
– Ну, всё, Край… – щелкнул предохранитель. Сейчас Чингиз скажет «прощайся с жизнью», а я еще ничего толком не выяснил.
– Как всё? – опередил я его. – Дружище, неужто не осилишь больше? Ослаб, что ли?! А раньшето богатырь был. Ладно, давай хотя бы по соточке на посошок.
Хмыкнув, он налил еще.
– Что тебе нужно от моего сына? – Я взял со стола рюмку. – Почему на квартиру моей бывшей прислал «африканцев»?
Чингиз правдоподобно сделал «большие глаза» и возмутился:
– Так мальчишка, дебош тут устроивший, твой сын?! В тебя, Край, точно в тебя! Нака, полюбуйся, – он открыл ноутбук и, запустив видеоролик, развернул экраном ко мне. На экране Патрик дрался с «азиатами», а потом его светлая голова и широкие плечи пропали из зоны покрытия камеры, боевики«азиаты» кинулись за ним следом. – Вылитый ты, одна рожа с папашкой! Вздумал он залетного защищать. Мои парни заметили чужака с товаром, вот и решили его приструнить, а сопляк… в смысле твой пацан…
– Ясно, – кивнул я. От выпитого слегка мутило, и я старался не выдать предельного напряжения. – И что с моим сыном дальше стало? Далеко убежал?
Чингизу явно не хотелось со мной это обсуждать, он налил еще по одной.
– Не в курсе я, Край, наркотой не занимаюсь. На Барабане все кончики, Ронин лично всем рулит. Я вообще недавно в городе, не обжился толком.
Про Ронина много чего говорят. Если десятая часть этих слухов – правда, главарь «азиатов» совсем уж мерзкая личность.
Меж тем Чингиз уже конкретно расслабился. До сего момента он с меня глаз не спускал, даже когда пил, а сейчас, привстав, чутьчуть отвлекся, чтобы вновь наполнить собственную рюмку.
А большего и не надо было.
Мой кулак исключительно подружески – а как еще бить однополчанина? – врезался Чингизу в лицо. От удара того швырнуло в кресло. Я тут же подскочил, с трудом, но все же вырвал у него пистолет – а то как бы чего не вышло, еще ранит случайно боевого товарища, то есть меня. После чего – опять же из добрых побуждений – зажал ему нос. Чтобы дышать, Чингизу пришлось открыть рот, в который я влил все, что оставалось в литровой бутылке «Пшеничной», а заодно скормил целую токкури
сакэ.
– Без обид, дружище, да? Алкогольное отравление тебе гарантировано. Не меня, а тебя вынесут отсюда вперед ногами. Но – ничего личного, сам понимаешь.
Утихомирив Чингиза, я задумчиво уставился на шкаф, изза дверцы которого доносилось натужное сопение. Милена в курсе, что власть в кабинете сменилась и жаждет обрести свободу.
Выпустить ее или нет? Вот в чем вопрос.
* * *
– Убейте его! – крикнула девица.
Тотчас карлик и одноглазый метнули в Заура ножи, а шестипалый расстался со своим топором. Остальные чуть замешкались.
Глупцы! От пуль палач не увернулся бы, но его особо тренированная после того случая
