Закона больше нет, зато у всех и каждого есть оружие. Это Вавилон, рай для тех, кому нужна свобода. Но однажды в раю появились демоны… Президент страны, торговец наркотиками и мальчишка-беспризорник – что у них общего? К войне с кем готовятся сильные мира сего? И почему пропадают подростки?
Авторы: Шакилов Александр
стены были обшиты досками поверх утеплителя. Люди могут мерзнуть, если хотят, а скотине нужны комфортные условия… Короче говоря, одноэтажное кирпичное здание, крытое ржавым профнастилом, показалось мне вполне надежным укрытием. Уж лучше тут, чем снаружи.
– Здесь и переночуем, – предложил я, обойдя ферму и обнаружив запасной выход, изнутри заваленный бидонами, а снаружи запертый навесным замком.
Милена не возражала. Она быстро соорудила из соломы подобие гнезда, в котором, укрывшись соломой же, удивительно быстро заснула. Я же, чтобы обезопасить нас от вторжения извне, перетащил все бидоны к двери, через которую мы вошли, – на ней не только замка, даже засова не было. Вроде основательно получилось. И все же печальные думы одолевали меня. Не факт, что при полном параде мы долго протянули бы, но без экипировки нам точно не выжить… Я взглянул на Милену. Сейчас бы бундесверовских спальников пару… На складе Гамбино пара штук была, но я не сообразил захватить, Милена тоже. Неужели подсознательно мы не рассчитывали дожить до ночевки? Да и прихвати мы спальники, они достались бы слонопотаму и банде сурикат.
Я сел на солому рядом с женой, намереваясь нести дозор до утра. Однако меня тут же сморило, устал сильно…
Вдруг я поймал себя на том, что бодрствую уже какоето время, но вставать не спешу, лежу себе просто и покусываю нижнюю губу.
Я тут же прекратил себя обгладывать.
Но вскоре понял, что непроизвольно отбиваю ритм ладонью, покрытой сетью рваных шрамов, тихо постукиваю по корпусу трофейного мобильника. Полная луна – огромная, серебристая – бередила душу не только зверью, с надрывом вывшему и пошакальи хохотавшему неподалеку.
Мне будто за шиворот родниковой воды плеснули.
Сердце тревожно забухало в груди. Тело почувствовало опасность быстрее, чем я осознал: чтото не так. Тихонько, чтобы не разбудить Милену, – мало ли, а вдруг просто нервы разыгрались? – я разобрал баррикаду из бидонов и выскользнул за дверь. Чуть пригнувшись, осторожно двинул вдоль здания.
До утра всего ничего осталось. Было неожиданно зябко, пар шел изо рта. Демаскируя, при каждом шаге шуршала ткань обмоток на ногах.
Свернув за угол, я перестал дышать.
Неподалеку от входа, раскинув руки, лежал человек.
Луна освещала его бледное безжизненное лицо. Точнее – ту часть лица, которую не прикрывали маска респиратора и очкигогглы. Молодой совсем парнишка, не старше двадцати, как мне показалось. На шее две веревки непонятного назначения. Удавки, что ли?..
Я осторожно двинул к нему, продолжая разглядывать.
В каждом ухе у парня по два кольца, сделанных из арматурных прутков. Как только мочки не оторвало?.. На голове с помощью сложной системы ремешков удерживаются рога то ли коровы, то ли антилопы.
Ага, ну мне уже все ясно. Это боец клана «Африка». Неясно только, как он оказался на Полигоне? И что забыл конкретно здесь, на ферме? Да еще… Кто его убил?
Все тело мертвеца – лицо тоже – в белых пятнах и полосах, будто его вываляли в муке. Если б кожа у него была черной, это выглядело бы… не устрашающе, но хотя бы контрастно. Увы, «африканец» был мужчиной скандинавского типа – ну чистый викинг, призванный в Киевград на службу ратную. И вся эта экзотическая дребедень смотрелась на нем… нет, не комично. Трудно и опасно было считать клоуном того, кто вооружен автоматом Калашникова такой древней модели, что приклад деревянный. На прикладе, кстати, какието значки намалеваны. Я подсветил их мобильником. Обереги от злых духов, осечек и неполного запирания ствола?..
Логичным завершением портрета парня были бы босые пятки и набедренная повязка, а то и просто неприкрытые гениталии. Но настолько он не смог победить в себе европейское воспитание: чресла его прикрывали добротные спортивные шорты по колено, а на ногах он носил баскетбольные кроссовки известной марки.
Чувствуя слабость, я подошел к телу. Возле «африканца» лежали плотной набитый сидор и какаято хреновина, похожая на армейскую флягу, но не фляга.
Ни ран на нем, ни крови, ничего такого. Странные бугры со шрамами по всему телу не в счет. Это небось мода была такая в той стране, где срочную отслужил, – уродовать себя. В Африке вообще своеобразно понимают красоту.
В груди кольнуло. А что, если это ловушка?! Типа я заинтересуюсь трупом, а в это время… Я глянул по сторонам, прислушался. И присел у тела. Почувствовав запах – рыбой почемуто пахло, – коснулся пальцами горла «африканца» и с удивлением нащупал пульс.
Парень был жив, он просто дрых! Посапывал даже, чуть ли не плямкал губами во сне. Хоть бы подстелил что, а то прямо на землю плюхнулся, еще простудится… Я поймал себя на том, что самому хочется растянуться рядом, сунуть под голову
