Закона больше нет, зато у всех и каждого есть оружие. Это Вавилон, рай для тех, кому нужна свобода. Но однажды в раю появились демоны… Президент страны, торговец наркотиками и мальчишка-беспризорник – что у них общего? К войне с кем готовятся сильные мира сего? И почему пропадают подростки?
Авторы: Шакилов Александр
кто рисовал карандашом по карте, знал… Или нет, те, кто ограбили банк, знали о существовании некой – надо понимать, безопасной – тропы, по которой следует продвигаться вглубь Полигона…
– Ну, чего замолчал, Край?
Мда, я сам не заметил, как начал говорить вслух. Давно со мной такого не бывало, с самого Чернобыля. Определенно, Полигон воздействовал на мой организм так же, как ЧЗО.
– Любимая, я знаю, где бэтэр с баблом. Не знаю, как он туда попал, как прошел финальный отрезок пути, но знаю, где он сейчас находится.
* * *
– Я уведу тебя отсюда, – пообещал Патрик чернокожей девочке по имени Амака, которая родилась не в Южной Африке, а в Вавилоне, как сам Патрик.
Заметно робея, она согласилась сыграть с ним в эту игру. Да и чего было отказываться? Игра ведь интересная: много людей – почти все взрослые в здании – в нее играют, надо только придумать свои правила. Цель игры: сбежать от всех. Как это сделать? Ну уж точно не кидая кубики и не переставляя по полю фишки. И в ворота бить не надо. И не машинки наперегонки катать. Хотя…
Машинки катать… Патрик вытащил из кармана красную гонку. И хоть осей она лишилась, а колеса все равно не потерялись, их просто не на что надеть. Без колес машинки катают только маленькие.
– Папа говорил, что я маленький, и в этом не только моя слабость, но и моя сила.
– Как это? – не поняла девочка.
– Амака, ну ты разве не знаешь? Взрослые сильнее же. Кааак схватят! Чужие ударить даже могут! Но они думают, что я совсем ребенок и ничего не могу. Они думают, что я… – Патрик ненадолго замолчал, вспоминая слово. Вспомнил: – Думают, что я жертва. И не ожидают от меня ничего. А я все могу. И это будет для них сюрприз. Я ведь тоже, как и ты, домой хочу. К маме. И к папе.
– А кто твой папа?
Патрик немножко подумал, а потом сказал:
– Он много кто. Был много кем. Но он – всегда сталкер. И я его очень люблю.
Сунув машинку обратно в карман, Патрик решительно прошагал к стене, почти полностью занятой учебной доской. На полочке под доской было все, что ему нужно для начала новой игры. Оставалось только подготовиться и объяснить Амаке правила.
Он подозвал девочку и, когда она подошла, прошептал ей на ухо, кто и что будет делать. У мамы это называется «распределить обязанности». Когда она распределяет обязанности, Патрик обычно пылесосит пол, папа моет посуду на кухне, а мама валяется на диване перед телевизором и говорит, что она очень устала.
– Сначала поиграем немножко, а потом мы пойдем домой. Поняла?
– Да, – кивнула девочка.
Патрик подготовился минут за пять. Аж вспотел, так старался.
По его сигналу Амака заколотила кулачками в дверь и пискляво, как могут только девчонки, закричала:
– Выпустите! Мне в туалет надо! Пожалуйста! Мне в туалет!
За дверью послышалась какаято возня, недовольно чтото сказали, но Амака слишком громко кричала, а в коридоре разговаривали тихо, поэтому Патрик не разобрал ни слова. И пусть, он ведь со взрослыми, которые снаружи, вовсе не разговаривать собирался.
Дверь открылась. Амака тут же отбежала вглубь помещения. В кабинет вошли двое мужчин в черных одеждах. Один из них уставился на кричащую девочку, а второй на Патрика. Наверное, второй хотел спросить, зачем мальчик взобрался на парту у самого выхода из класса, в том ряду, что у стены.
– Эй, ты чего туда… – послышалось изпод маски, наполовину скрывающей лицо мужчины, и Патрик тут же сыпанул в глаза мужчине белым крошевом.
Кусок мела Патрик нашел на полочке под учебной доской. Мел он завернул в носовой платок и тщательно поломал, потоптав ногой. В платке получился порошок. Вот имто Патрик и ослепил взрослого. Тот принялся глаза тереть и закричал чтото, только одно слово сказал понятное – «скотина». Значит, мужчина ругал ребенка. А Патрик не любил, когда ругают детей. За это он ударил мужчину указкой по голове. Указку он тоже взял с полки под доской. Указка была деревянная, тяжелая, она сломалась о взрослого, зато сбила его с ног.
Разве Патрик не молодец?!
Амака тоже не стояла без дела.
Мужчине, который подошел к ней, но отвлекся на крики коллеги, она хорошенько врезала ногой в то самое место, где всем очень больно. Это Патрик ее научил. Мужчина упал на колени. Тогда Патрик спрыгнул с парты прямо к нему – приземлился на две стопы, как учил папа, – и ударил обломком указки. Мужчина совсем свалился.
– Не могу терпеть! – продолжая вопить, хотя это было уже необязательно Амака переступила через него. – Очень нужно!
– Пожалуйста, не кричи, – попросил ее Патрик.
– Но я на самом деле не могу… – смутилась девочка. – Я так разволновалась, что…
Патрик кивнул ей с пониманием:
– Тогда встретимся возле туалета. Это по коридору справа.
Амака
