Закона больше нет, зато у всех и каждого есть оружие. Это Вавилон, рай для тех, кому нужна свобода. Но однажды в раю появились демоны… Президент страны, торговец наркотиками и мальчишка-беспризорник – что у них общего? К войне с кем готовятся сильные мира сего? И почему пропадают подростки?
Авторы: Шакилов Александр
– Они прятались в мусоре. Подпустили нас поближе и напали, – поделился своими наблюдениями Заур. Он шагнул вперед, провалившись в дрянь чуть ли не по пояс.
– Отходим, – предложил Край и, не дожидаясь товарищей по несчастью, резвее всех поспешил обратно.
Вырвавшись из объятий главаря, «индеец» обогнал Краевого.
Заур, Рыбачка и Милена попятились, не опуская оружия, – надо ж было комуто организованно прикрывать тылы? Хвостатые твари могли в любой момент вернуться. А клыки у них с мизинец палача, не меньше.
– Прочь с дороги! – «Индеец» оттолкнул Края.
Заур видел все, потому как обернулся на крик.
Только байкер выбрался из мусора на ступеньки, как его сбило с ног струями кислоты. Упав спиной на схваченные полиэтиленом отходы, он мгновенно начал разлагаться: с костей сползали куски плоти, стоило ему чуть пошевелиться, напрячь мышцы. Все это вместе с перьями, заплетенными в волосы, растворяясь, превращалось в бурую дымящуюся субстанцию.
– Назад! Гарпии! – Край поспешил в переход.
Раздраженный его метаниями Заур сделал еще несколько шагов вперед. Крылатые демоны – с десяток, не меньше – обосновались у дверей наземного вестибюля. На глазах у палача к ним присоединились еще двое. Ихто, похоже, Край и называл гарпиями.
И все они дружно плюнули в палача кислотой.
Слишком уж любопытного Заура обязательно умыло бы их мерзостными выделениями, если бы грешник Край не сшиб его с ног. Вместе они рухнули в мусор, погрузились в него с головой.
– Все в переход! – вынырнул Край. – Наверх не выбраться!
Палач слышал хлопки перепончатых крыльев. Демоны все прибывали. Но куда отступать, если под землей на людей охотятся неведомые твари, которые прекрасно обходятся без света, умеют отлично маскироваться и уклоняться от пуль?!
Только Господь мог помочь Зауру и его спутникам.
Только на милость Его оставалось уповать.
* * *
Хреновая примета, когда выхода нет.
Что лучше – раствориться в кислоте гарпий или накормить собой таинственных подземных монстров, которые без напряга утащили молодого сильного байкера? Хрен редьки… Могучая кучка диверсантов, возомнивших о себе невесть что, – типа, одной левой мы этих сектантов – застряла на пятачке между адом и небесами. Причем небеса слишком уж похожи на филиал Сатаны изза крылатых чудищ, отрыгивающих на все, что движется, яд, изза испарений которого у меня першит в горле, слезятся глаза и хочется выблевать все, что съел за неделю.
Парадиз и Патрик рядом, но все равно что за тысячи километров.
– Черт! И еще раз черт! – выругался я.
– Не поминай врага рода человеческого, грешник. Еще накличешь…
Это изза палача меня пробило на высокопарную мистику. Эдак я скоро креститься начну. Но вряд ли – не успею дойти до жизни такой, потому как она скоро оборвется.
Слишком быстро уносились в вечность жалкие секунды затишья.
Милена вертела головой, то вглядываясь во мрак подземелья, то наводя автомат на ступеньки. Сунув мобильник в карман кожанки, Рыбачка достал флягу и, крякнув, хорошенько так отхлебнул. Трижды. А потом, подумав, еще разок. Самому захотелось выпить, но я подавил в себе этот порыв – возврата к прошлому не будет, хватит.
Похоже, метромонстры опасались приближаться к поверхности. Глаза свои, привыкшие к мраку, берегли, или еще что… А гарпии не спешили спускаться в замкнутое пространство подземки, где не оченьто светло и крылья не особо расправишь. Вот такой раздел сфер влияния. А мы, людичеловеки, между ними, так сказать, между светом и тьмой. Но долго ли этот паритет будет продолжаться?
Вряд ли.
Я заметил, как шевельнулась в полумраке здоровенная куча мусора, и навел на нее дробовик – огонь из автомата оказался неэффективным. Вспыхнули два алых огонька – это глаза самого смелого монстра, который подобрался уже к границе света и мглы. Дальше во мраке вспыхнули один за другим с десяток огоньков… Все, я, Максим Краевой, принял решение. Повесив дробовик на плечо, проверив автомат и на месте ли запасные магазины, я шагнул к лестнице на поверхность. Сейчас жахну по гарпиям длинными очередями, летающие твари не такие противные, как те, кто подкрадываются, зарывшись в мусор. Авось завалю хоть одну «пташку», прежде чем меня обрызгают кислотой!
Увы, палач меня опередил.
Но двинул он в противоположную сторону – навстречу горящим глазам метромонстров.
Я уже открыл рот, чтобы окликнуть его, а потом подумал: какого черта, каждый сам волен выбрать, как умереть. Особенно если есть такая редкая возможность – выбирать. Вот я, к примеру, сдохну под лучами утреннего солнца. Но сначала посмотрю, как и что отчебучит палач. Любопытно же.
Тот как раз снял с груди крест,
