Попал так попал, мало того, что чужой мир, так еще и статус в этом мир подобающий. Как быть и что делать? Остается лишь нести земной прогресс в этот райский мир.
Авторы: Александр Абердин
дома.
К моему полному огорчению маг оказался очень замкнутым, настороженным и немногословным типом. Он, явно, не хотел со мной разговаривать то ли из боязни санкций мага Альтиуса, то ли из собственной вредности. Как я не пытался разговорить его, почти на все вопросы я слышал лишь «Нет», да «Не знаю». Махнув рукой, я подарил магу банку пива, пластиковую ванночку сыра «Виола» и пакетик чипсов, чтобы ему было чем разнообразить свой стол и пошел прочь.
Позвав вудменов, я попросил их поскорее оседлать коней и заодно разыскать Лауру, так как мне совсем не хотелось утомлять мага Антиноя нашим присутствием. Девушка нашлась быстро, неподалеку протекал ручей и она купалась в нем, а вот Уриэль кудато запропастился. Мне хотелось поскорее добраться до каньона, так как я стал примечать некоторые странности. Река малопомалу мелела и это наводило меня на вполне определенные размышления.
Когда уже сидя в седле я жевал здоровенный бутерброд с ветчиной, неразговорчивый маготшельник высунул на минуту нос из своей хижины и протянул Лауре какойто древний, потрепанный свиток. В хижине у мага я видел несколько десятков книг и хотел заглянуть хоть в одну из них, но старик сказал мне, что все тексты в них давно уже выцвели от старости. Мне маг категорически отказал, но девушке от чегото не смог.
Судя по тому, как из рук Лауры в руки мага перекочевал какойто пузатенький, тряпичный сверток, я понял, что этот свиток девушка выторговала у него за пузырь. История была донельзя знакомой мне и я только усмехнулся по поводу этого незатейливого бартера, надеясь на то, что свиток все же стоил бутылки отличного французского коньяка. Приказав всем ехать подальше от берега реки, я погнал Мальчика галопом. Кентавры дружно взревели и поскакали вслед за нами. Их на противоположном берегу собралось уже тысяч семь.
Перебраться на нашу сторону кентавры никак не могли, даже если бы они доскакали до Красного холма и попытались перейти обмелевшую реку в брод, так как там околачивался Полифем и он, наверняка, еще не завтракал. По словам Осляби, Полифем был малый не дурак и после Одиссея хорошо запомнил, что с людьми связываться отнюдь не безопасно. Так что одного выстрела из подствольника вполне должно было хватить, чтобы объяснить ему всю глубину его заблуждений на счет зловредного магавоителя, улизнувшего от кентавров.
Лаура все время зло посматривала на небо и костерила ангела на нескольких европейских языках. Лично меня отсутствие Уриэля особенно не беспокоило, да, к тому же он вскоре и сам вышел на связь и сообщил мне две новости и как всегда одна была хорошей, а другая не очень. Вопервых, Полифем перегородил каньон плотиной и теперь сидел на ней и поджидал нас, а, вовторых, Уриэль до полусмерти напугал огромную стаю грифонов, обстреляв их из автомата. Грифоны, заночевавшие в кронах огромных деревьев Драконова леса, улетели восвояси так и не вступив с нами в бой.
Первая новость меня ничуть не расстроила, а относительно второй и так все было ясно. В конце концов именно с этой целью я и вооружил ангела современным стрелковым оружием. Вскоре прилетел и сам Уриэль. Ангел принялся рассказывать о том, какую трепку он задал грифонам и как они улепетывали от него. Лично меня больше интересовало, сколько грифонов уложил ангел и сколько матерей будет сегодня оплакивать своих сыновей, но вскоре выяснилось, что критские грифоны вовсе не относятся к числу разумных обитателей Парадиза, хотя и являются чертовски сообразительными тварями. Но что самое главное, все они, как и вороныгаруда, были практически бессмертны, хотя их и можно было ранить и именно ранений на их долю сегодня выпало с избытком, хватит забот на несколько лет вперед.
Между тем наше положение становилось все более серьезным, так как долина, по которой мы двигались к плотине, все время сужалась и вскоре мы скакали на расстоянии какихлибо трехсот метров от своих преследователей, которые мчались параллельным курсом высоко над нами. Кентавры раз за разом пускали в нас стрелы и некоторые из них, уже вонзались в землю буквально в пятишести шагах. За пару километров до въезда в каньон нам пришлось подняться на довольно высокий холм и в тот момент, когда я вылетел на его вершину, несколько кентавров одновременно решились на самоубийственный поступок. Разогнавшись, они прыгнули с обрыва и, приблизившись к нам, успели в полете выпустить по несколько стрел.
Хлопуша, скакавший чуть позади меня, услышав треньканье тетив и пение стрел, подстегнул своего коня и закрыл меня собой, привстав на стременах. В парня попала всего лишь одна стрела, угодив ему в руку, но по тому, как вскрикнул молодой вудмен и как он упал на шею своего коня, я понял, что дело дрянь. Схватив его коня под уздцы, я проехал еще несколько метров
