Попал так попал, мало того, что чужой мир, так еще и статус в этом мир подобающий. Как быть и что делать? Остается лишь нести земной прогресс в этот райский мир.
Авторы: Александр Абердин
мне интерес и отозвал из Западного Парадиза всех своих приспешников. Более того, он был изрядно напуган тем, что на Микены, где жили маленьким анклавом так любимые им эллины, чуть не напал ужасный тиранозавр рекс.
Еще я знал, что теперь маг Альтиус высказывался обо мне в довольно уважительном тоне. Зато маг Карпинус, явно, настроил воронагаруда против меня и мне теперь нужно было какимто образом срочно изменить его первоначальное впечатление обо мне. Сотворив из кухонного полотенца прочную крагу, я надел её на правую руку и, предложив воронугаруда сесть на нее, распорядился:
Лаура, дорогая, приготовь для посланца Верховного мага большую миску парного мяса и чашу с напитком, который так полюбился славным хозяевам неба, могучим воронамгаруда, и подай все наверх.
Моя лесть удалась. Воронпосланец охотно сел мне на руку и я пошел с ним на второй этаж. Ох и тяжела же была эта черная, с легким серебром в перьях, пташка. Тянула чуть ли не на полцентнера. Поднявшись в спальню, в которой к этому дню добавилось мебели и даже появился стол и стулья, я мимолетным движением превратил один из стульев в насест для птицы с подставкой для угощения и, поставив его около письменного стола, предложил ворону пересесть на него.
Пару минут спустя вошла Лаура и, поклонившись воронугаруда, поставила перед ним большую миску с отборнейшим мясом и хрустальную салатницу в которую был налит коньяк «Камю» с небольшим количеством ликера «Бейлис» и тоника, излюбленное пойло нашего верного друга Блэкки. До этого еще ни одна из черных птиц не сумела отказаться от этого коктейля и все вороныгаруда без исключения находили его просто божественным.
Черный посланец с пулеметной скоростью защелкал клювом и поднял хвост торчком, что у вороновгаруда выражало высшую степень восхищения и удовольствия. Помоему, он вполне оценил то, что его встретили по высшему разряду. Еще раз поклонившись ворону, от чего тот едва не сверзился с насеста, Лаура покинула нас, но я не услышал, чтобы она спускалась по лестнице.
Наоборот, я услышал легкий металлический щелчок, когда она сняла свой «Кольт» с предохранителя. Пули с вольфрамовым сердечником, как это было случайно установлено во время сражения с тиранозавром, пробивали вороновгаруда насквозь и доставляли им немало мучений, что и заставило меня в тайне от всех сделать магическую купальню открытой для этих смелых птиц. Не собираясь томить ворона понапрасну, я сказал ему, снимая с шеи футляр и ставя его на стол:
Сначала отведай моего угощения, крылатый посланец, а потом поговорим о делах.
Дважды приглашать его к столу не потребовалось. Первым делом он опустил клюв в салатницу и высосал половину её содержимого, а уж потом принялся клевать мясо, время от времени снова прикладываясь к коньяку и когда он покончил с этим делом, вид у него был добродушный и слегка осоловелый. Коньяк и мясо быстро возымели свое действие и ворон радостно защебетал, делясь со мной впечатлениями:
Да, милорд, мои собратья говорили чистую правду, для воронагаруда нет большего наслаждения, чем этот золотой напиток. Но, я, однако, принес тебе послание от Верховного мага Бертрана Карпинуса, милорд, чьим преданным слугой являюсь и ты должен прочесть его.
Вот тутто меня и осенило. Похоже, что на голове у этого ворона вовсе не спроста оказалась золотая корона. Стараясь не вызвать у этой птички подозрений относительно своих намерений, я с притворным удивлением спросил:
С каких это пор птицы, которые служат одному лишь Создателю, стали верными слугами какогото мага, пусть даже и Верховного?
С той самой поры, милорд, Ответил глухим голосом ворон Как я надел на свою голову эту корону, позарившись на её красоту. Теперь мне её уже ни за что не сбросить со своей бедной, глупой головы.
Ну это мы сейчас проверим, друг мой. Ответил я ворону и тотчас осветил его голубым лучом.
Корона и правда оказалась сращенной с костями черепа и касалась мозга птицы тонкими электродами. Малость поработав мозгами, я дотумкалтаки, как снять коронку, не сделав воронагаруда полным идиотом в результате лоботомии. Все это время ворон находился в оцепенении, не шевелился и даже не дышал и когда я, сняв с его головы золотую корону, вновь вернул его к жизни, то он не сразу понял, что произошло. Вертя корону в руках, я сказал бедной птице, попавшейся на приманку коварного мага:
Ты смотри, а оказывается эта корона не так уж крепко сидела у тебя на голове. Если хочешь, то я приделаю к ней золотые цепочки и она будет гораздо лучше держаться на твоей глупой голове, Конрад.
Именно это имя я прочитал на внутренней стороне короны. Ворон Конрад взмахнул крыльями и, моментально перелетев на спинку кровати, возмущенно каркнул:
Ну, уж, дудки, хватит
