действительно нужен этот суперкомпьютер. Без него в двадцать первом веке вам хана. Ну, сколько еще будет длиться этот бардак? До следующих выборов нам жить еще три года, ну не повезет нам с президентом на них, тогда максимум семь лет, но ведь рано или поздно народ поймет, за кого ему надо голосовать! Так давайте же вместе сделаем шаг хоть в одном направление, чтобы потом не было поздно! Ведь если и эта разработка уплывет на запад, то эта страна уже никогда не сможет иметь своего собственного суперкомпьютера, а это означает, что год от года будет ослабевать наша оборона, да, и фундаментальная наука без него тоже захиреет. Дня через тричетыре я вручу вам в руки банковскую гарантию какогонибудь крупного, европейского банка, скажем на триста миллионов долларов. Этого вам вполне хватит для того, чтобы начать переговоры с чиновниками в московском правительстве, хотя с разработчиками вы должны встретиться уже завтра и убедить их в том, что именно вы сможете решить все их проблемы.
Дмитрий, посмотрев на своего друга, негромко сказал:
Витек, с тобой или без тебя, а я за это дело берусь. Не знаю почему, но я отчегото верю Михалычу.
Димон, так разве я против? Я в этом институте был как то пару раз, там мужики с мозгами, они такие корки мочат, что только держись! Если они и правда могут за три года камень слепить, то тогда и айбиэм и моторолла будут в жопе. Мы ведь только в железе отстали, а программы мы пишем будь здоров, старику Воротову такие даже и не снились. Повернувшись к застрельщику этого начинания, Виктор сказал Михалыч, тут только одно но, такие компьютеры никогда не окупаются. Если их продавать по рыночной стоимости, то только американцы, ну, еще может быть немцы смогут купить три, максимум пять штук, наши такую цену не потянут. Ведь каждый такой компьютер будет стоить миллионов сорок, а то и все сто. Так что бабки мы не скоро отобьем.
Витюша, хрен с ними с бабками. Это моя проблема и я сделаю так, что вам его и возвращать не придется, кину какойнибудь американский банк и дело с концом. В мире вообще нет более благородного занятия, чем кидать американцев на бабки. Вы лучше хорошенько подумайте о бизнесплане вашей фирмы. Вспомните, чему я вас учил все эти годы.
Подробно обговорив со своими партнерами план создания нового, научнопроизводственного предприятия, которое должно было на самом деле заниматься разработками новой техники, в половине восьмого вечера Михалыч покинул кабинет своего бывшего босса и его партнера, с которыми он проработал почти полных четыре года. Настроение у него было отличное и стало еще лучше, когда он увидел в ассортиментном кабинете, служившим Виктору предбанником, своих спутников, которые над чемто весело смеялись. В ответ на его внимательный взгляд, Серега тут же рассказал ему, над чем они хохотали, обратившись к Михалычу так, как ему того совершенно не хотелось:
Мессир, твои друзья действительно великие маги! Не знаю, что они там втолковывали этим синякам, но они не только ушли из офиса чуть ли не строевым шагом, но и стали розовые, что твои поросята с хоздвора. Все их татуировки просто исчезли сами собой. До чего же занятная это штука, магия! Никогда бы не подумал, что таких оторв можно пронять хоть чемлибо, кроме хорошего дрына! Ан нет, эти бандюки прямотаки преобразились и ушли отсюда совсем другими ребятами, даже спасибо нам сказали и велели непременно тебе кланяться.
Немного огорчившись тому, что майор так быстро воспринял какието совершенно средневековые формы обращения, Михалыч с улыбкой кивнул головой и направился к выходу. В голове у него крутилась мысль, что от него, видимо, уже никогда не отклеится это словечко, как и то, что его друг, Олежка, также будет дергаться всякий раз, когда его будут обзывать повелителем. Подспудно он опасался, что такое исключительное подчеркивание их роли сможет нанести вред уже тем, что по прошествии времени они оба действительно начнут ощущать себя повелителями и, не дай Бог, начнут выяснять, кто из них двоих круче и главнее.
Все вместе они вышли во двор, занесенный снегом. Неподалеку от входа в офис раздавались звонкие детские голоса. Несколько ребятишек слепили большую снежную бабу и теперь трудились над завершением её внешнего вида, но она у них почемуто была больше похожа на Майкла Джексона, чем на нормальную, русскую снежную бабу. Все у ребят получилось прекрасно, вот только гитара, слепленная из снега, никак не хотела держаться в руках кумира молодежи.
Быстро перемахнув через снежные баррикады, воздвигнутые дворником, Михалыч, не обращая внимания на глубокий снег, подошел к пацанам и помог им завершить творение. Действуя то просто руками, то небольшой детской лопаткой, позаимствованной у одного из мальцов, а то и магией, он быстро придал снежной