Попал так попал, мало того, что чужой мир, так еще и статус в этом мир подобающий. Как быть и что делать? Остается лишь нести земной прогресс в этот райский мир.
Авторы: Александр Абердин
они пришли в этот мир.
Внизу под нами медленно проплывали то огромные леса, то высокие горы, то реки и озера. Гора Обитель Бога на таком расстоянии была видна полностью и более всего походила на темносиний толстый карандаш, который проткнул пологий конус, похожий на головной убор вьетнамского крестьянина, только он был не сплетен из соломы, а имел голубоватозеленый цвет и был весь испещрен темными, синеватыми прожилками горных хребтов, зелеными пятнышками лесов и голубыми блестками морей.
Даже здесь, на таком отдалении от горы Обитель Бога встречались небольшие города и поселки, в которых мы останавливались на ночлег. Эти отдаленные места были населены самыми разнообразными небожителями, подчас весьма и весьма экзотическими. Маги, некогда управляющие Землей, были весьма изобретательны и создавали себе помощников самого удивительного вида. Мой голубой шар в этих местах еще не побывал и небожители здесь, частенько были так же стары, как и везде во всем остальном Парадиз Ланде.
На своем пути я не только строил магические купальни, возвращавшие молодость, но и неоднократно запускал в небо свои магические голубые шары, давая им приказ облетать Парадиз Ланд по кругу и создавать магические купальни везде, где есть разумные живые существа. Мои спутники так же строили магические купальни, проявляя при этом всю свою фантазию и не стесняясь украшать их скульптурами и барельефами на темы любви самого откровенного эротического звучания. В этом смысле я оказался не одинок и коекакие магические купальни были украшены куда более откровенными скульптурными изображениями, чем на купальне в Микенах.
Мои друзья в течение всего нашего путешествия не скучали и вовсю резвились во время наших остановок, всякий раз находя себе новых подружек и бойфрендов. Зато мои подвиги стали гораздо скромнее. Каждую свою ночь я проводил с двумя самыми прекрасными любовницами, о которых только может мечтать любой мужчина, и влюблялся в них все больше и больше, открывая в своих возлюбленных все новые достоинства. Лаура и Неффи за эти недели очень сблизились и подружились и мне ни разу не приходилось видеть, чтобы они хоть както и в чемто соперничали между собой, наоборот, обе эти красавицы действовали так напористо, дружно и в унисон, словно были родными сестрами.
Ротмистр Цепов окончательно избавился от излишней скромности и вовсю приударял за каждой красоткой, появившейся в поле его зрения, побивая все рекорды Уриэля. Он не стесняясь использовал для обольщения прекрасных небожительниц как свою красоту и молодость, так и любовные магические чары, которым научился у Розалинды. К тому же ротмистр был в нашей команде самым щедрым магом и при каждой нашей остановке мне приходилось пробивать в тверди Парадиз Ланда колодцы, чтобы Георгий мог творить и щедрой рукой мог раздавать небожителям свои подарки. Этот парень оказался на редкость толковым и довольно быстро усвоил все, что было наработано в Зазеркалье за те годы, что прошли после окончания его земного пути.
Георгий имел острый ум настоящего ученогоаналитика и частенько, когда наши машины летели бок о бок, в небе Парадиз Ланда разгорались горячие, научные споры. В такие часы к нам непременно присоединялись Узиил, Уриэль, Антиной и Айрис. Остальные наши друзья предпочитали не забивать себе голову теориями и в основном обращали свое внимание на чисто практические аспекты магии.
Мотор моего байка работал ровно и мощно. Конрад, сидя на руле, управлялся с пилотированием не хуже летчикаасса, а мои прелестные подруги и в полете не оставляли меня без своего внимания и нежностей. Неффи, положив мне голову на плечо, сидела на левом подлокотнике моего кресла, превращенном в удобное сиденье, обняв меня и положив голову мне на плечо, а Лаура лежала на моих руках, положив голову на колени царицы. Обе красотки с полным презрением к высоте и скорости нежно ласкались ко мне, как два милых, игривых котенка, а я целовал то одну, то другую свою подругу, лишь время от времени поглядывая по сторонам.
Чем ближе был к нам берег океана, тем серьезнее становился ротмистр, который летел на левом фланге. Внезапно он сделал стремительный маневр и вклинился между байком Лауры, которым управлял Блэкстоун и моей небесной колесницей, полетев буквально в пяти метрах от моей машины. Передав управление своей «Ямахой» в лапы Вольфгана, воронагаруда присоединившемуся к нам в Спарте, ротмистр снял с головы шлем и, повернулся ко мне лицом, явно собираясь спросить о чемто. То, что Георгий, внезапно подлетел к нам, заставило моих подруг сердито нахмуриться. Нефертити, бросив на него укоризненный взгляд, с недовольным вздохом сказала:
Жорж, ты невыносим. Неужели так трудно дождаться того момента, когда мы прилетим
