Попал так попал, мало того, что чужой мир, так еще и статус в этом мир подобающий. Как быть и что делать? Остается лишь нести земной прогресс в этот райский мир.
Авторы: Александр Абердин
мир был создан искусственно, подобно многоярусному миру, описанному Филиппом Фармером. Мне даже думать об этом было жутковато, тем более, что из короткого письма Лехи я уже знал, что этот мир называется Парадиз Ландом и что в нем обитают маги, которые частенько враждуют друг с другом. А что если я и правда попал в какоето волшебное место? Тогда зачем я здесь? Кто бросил передо мной тот круглый сосуд с темной жидкостью, окрасившей снег в зеленый цвет? Что ждут от меня? Вопросов у меня было множество, но ответы на них мне пока что было не от кого получить.
Ехать к Золотому замку мага Альтиуса, который был от меня километрах в четырехстах, я чтото не очень хотел, ведь это именно он нанял Леху для того, чтобы тот подстрелил сэра Роланда, чей меч Дюрандаль лежал у меня под рукой. Мне почемуто хотелось вообще не встречаться с ним и поскорее найти когонибудь, кто отправил бы меня обратно и желательно поскорее. В том, что от этого Парадиз Ланда и его обитателей мне не следует ждать ничего хорошего, я, почемуто, уже нисколько не сомневался.
Мои опасения относительно простых и незатейливых нравов его обитателей подтвердились очень скоро. Мальчик, который дремал стоя возле джипа, встрепенулся и тихонько заржал, но я и без него услышал чьито осторожные, крадущиеся шаги. Ктото, и этот ктото был явно не один, подкрадывался к моему бивуаку со стороны холмов. К тому же оттуда доносилось сдерживаемое рычание и сильный запах псины. Волки, решил я.
Тихонько привстав, я взял в одну руку ружье, в другую картонный цилиндр осветительной ракеты и едва слышно прошептал своему чуткому сторожу:
Тише, Мальчик, папочка все слышит.
С этими словами я дернул за шнур ракеты и выстрелил ею в небо. С громким шипением она полетела вверх и, вспыхнув ярким, ослепительно белым светом, осветила просто жуткую картину. Метрах в ста от меня, на склоне, плотным строем стояло десятка четыре кошмарных созданий. Это были коренастые, волосатые существа с мощными фигурами, поросшие густой, с длинной шерстью и чудовищными волчьими головами с оскаленными, клыкастыми пастями, из которых вываливались алые языки. «Песиголовцы», мелькнуло у меня в голове. Зверюги с ужасом смотрели на новую звезду, которая летела в их сторону и в её ярком свете их глаза горели, как рубины.
Не надеясь на мощь ружья с его заговоренными пулями, я быстро схватил лимонку, выдернул кольцо и, размахнувшись, что было сил швырнул её в сторону чудовищ, пришедших из ночи. Последний раз мне доводилось бросать гранату лет десять назад, на офицерских сборах, но я неплохо освоил эту армейскую забаву. Бросок у меня вышел просто великолепный и граната взорвалась метрах в десяти от этих кошмарных созданий, явившихся из какогото фильма ужасов про оборотней. Взрыв прогремел просто с какойто чудовищной силой и взрывная волна докатилась даже до нас.
Вскочив на ноги, я включил все фары джипа, и подхватив ружье, приготовился отстреливаться. Песиголовцы, а я почемуто думал что это были именно они, которых взрывная волна разбросала во все стороны, взвыли от ужаса и бросились врассыпную. Не целясь я пальнул в их сторону еще пару раз и тем самым только подстегнул их энтузиазм.
При виде той паники, с которой эти волколюди бросились бежать, я бросил ружье на матрац, схватил мощный фонарь и, выхватив из наплечной кобуры «Глок», помчался за ними, охваченный какимто непонятным азартом, крича во всю глотку и стреляя из пистолета вверх. Эти ночные бандиты взвыли, словно баптисты, увидевшие вместо своего пресвитера самого Люцифера и весь ад вместе со всеми его присными разом, и помчались от меня огромными прыжками. Судя по всему и взрыв гранаты, и моя беспорядочная пальба, нанесли им не столько физический, сколько моральный ущерб.
Спустя пару минут их оглашенные вопли доносились уже километрах в трех, а еще через минуту все стихло и я, крадучись, направился туда, откуда они пришли. На том месте, где разорвалась граната, я увидел дымящуюся воронку метров трех в диаметре и полутора глубиной, что меня сильно удивило, ведь я метнул в них простую лимонку, а не стрелял из пушки. За воронкой я увидел в траве клочья длинной шерсти и капли крови. Похоже, что нескольких зверюг всетаки зацепило осколками, но нигде я не увидел ни одного трупа.
Продвигаясь вперед, я увидел, что мои ночные гости проломили собой целую просеку в молодом березняке, росшем в ложбине меж двух холмов. Мальчик, который стоял привязанный за уздечку к джипу, вдруг призывно заржал и я услышал, как в ответ, из рощицы, раздалось жалобное, сдавленное ржание. Уже ничего и никого не опасаясь, я побежал туда, откуда доносилось конское ржание.
Вскоре я увидел на земле пару носилок, сделанных из пары стволов деревьев, которые были толще моей руки. К одним носилкам
