Попал так попал, мало того, что чужой мир, так еще и статус в этом мир подобающий. Как быть и что делать? Остается лишь нести земной прогресс в этот райский мир.
Авторы: Александр Абердин
надеялся я на то, что Фламарион, так строго хранивший верность Гелиоре, станет яростно сопротивляться, этот паршивец не издал ни одного протестующего звука! Он даже ногой не дрыгнул. Впрочем и сама Гелиора, проводив радостным взглядом своего друга, сдала свои позиции столь быстро, что это было похоже не на упорный оборону крепости, а на стремительную, добровольную капитуляцию. Причем капитуляцию сопровождаемую восторженным смехом и такими страстными объятьями и поцелуями, что этой парочке даже не понадобился новенький уютный павильон, до которого было рукой подать и они рухнули прямо на траву.
Понимая, что всему виной были мои собственные выходки, я не стал надевать на себя тогу истового пуританина. Когда, пару часов спустя мои подруги появились на несколько минут, чтобы полюбопытствовать, как я переношу одиночество, а затем снова покинули меня, я в знак протеста демонстративно раздвинул на всю ширину огромные окна своей спальни, сел на низкий подоконник, вооружился большущим морским биноклем и стал пристально вглядываться в небеса. Через мощную оптику, для которой мрак не был преградой, мне открылась дивная картина.
В то время как на наш остров высадился десант состоящий из полного батальона крылатых воителей и воительниц, воздушное пространство над островом, барражировали еще не менее семи сотен ангелов обоего пола. Все они были молоды и прекрасны, да, к тому же сбросили с себя свои комбинезоны мрачной расцветки и моим восхищенным взорам представали красивые, сильные и молодые тела. Голых мужиков мой умный, волшебный бинокль моментально фильтровал в осадок, но зато крылатых девушек не только мгновенно увеличивал, но еще и ярко освещал.
Подле меня дежурили три быстрокрылых спецкурьера с большими алыми розами, зажатыми в клювах. Как только я указал им на интересующие меня небесные объекты и выдал соответствующие инструкции по предварительному обольщению, они мгновенно сорвались с места. Уже спустя несколько минут в мою спальню с радостными криками и веселым смехом спикировали из непроглядного мрака поднебесья две ослепительно яркие красотки с довольно округлыми формами и одна мускулистая атлетка, похожая на хорошо надраенный хромовый сапог.
Боже, как же я хохотал, когда узнал о том, что антрацитовочерная фитнесследи Виталия, которая входила в группу ангельского спецназа архангела Велиала, являлась одной из его телохранительниц и была оставлена им специально для того, чтобы блюсти нравственность среди ангелов, оставленных на нашем острове с целью наблюдения. Эта сметливая, смелая и упорная красотка, на которую произвело огромное впечатление признание Лицинии, с того самого дня вынашивала план, как бы ей трахнуть меня. Эта опытная искусительница предусмотрительно не стала возвращать себе светлый облик, видно заранее зная о том, что мои блудливые глазенки рано или поздно пресытятся видом нежнорозовых прелестей нагих крылатых девушек, которые носились по темным небесам.
Виталию нисколько не смутило то обстоятельство, что мои черные курьеры, пригласили ко мне в гости смешливую, высокую и светловолосую хохотушку Сцинию, которая так напомнила мне своим роскошным телом холодную красавицу Афину, и молчаливую, застенчивую Астреллу, до глубины души поразившую меня своей смуглой кожей и черными, как смоль, волосами. Прелюдия не была слишком долгой, поскольку все три красавицы страстно желали меня и это позволило мне показать крылатым девушкам все то, чему научила меня эта волшебная страна Парадиз Ланд и её очаровательные красавицы, которые в своей любви были так смелы, искусны и откровенны.
После нашей долгой, брачной ночи с Лицинией, я с удвоенной силой принялся осваивать Высшую Магию Творения и даже смог извлечь коекакую информацию не только из глубин Кольца Мудрости, а уже из самого Кольца Творения. Поэтому мои прекрасные крылатые любовницы были приятно удивлены тем обстоятельством, что время в нашей спальне почти остановилось, а наши страстные, изощренные любовные игры не замедлились ни на минуту. Это позволило мне одарить своих любовниц таким шквалом нежности, что их едва не смыло с кровати прямо на небеса.
В один из тех редких моментов, когда я переводил дух перед очередной любовной атакой и оставлял время в покое, в мою спальню ворвались Лаура и Нефертити. Всем своим видом они изображали глубочайшее раскаяние, но поскольку мои крылатые подруги все еще были подле меня и вовсе не торопились покидать просторную, удобную кровать, смахивающую на теннисный корт, то им пришлось просто присоединиться к нам. О, в этот момент я чувствовал себя на вершине блаженства и даже пошел на такой отчаянно смелый трюк, что, применив совсем уж рискованную магическую формулу, взял и внезапно
