Попал так попал, мало того, что чужой мир, так еще и статус в этом мир подобающий. Как быть и что делать? Остается лишь нести земной прогресс в этот райский мир.
Авторы: Александр Абердин
уговоры, да, на посулы старого мага Альтеца, ты уж прости нас, барин, неразумных. Глянув на меня просяще, вудмен запричитал еще громче и настойчивее Барин, однако старому Вию совсем худо, ой не донесем мы его до купальни, твое железо ему все нутро жжет, ты бы ослобонил его от своего колдовского железа, барин, а уж потом и в купальню мы бы его снесли.
Такая перспектива меня абсолютно не устраивала, но все же я согласился осмотреть раны Вия. Отколупнув кусок черной тины, которой была залеплена одна из ран и раздвинув шерсть, я увидел, что в теле вудмена торчит осколок лимонки, толщиной в мой мизинец. Не знаю уж, как глубоко он в него вошел, но снаружи осталось с полсантиметра чугунины. Это навело меня на мысль, что, возможно, дела у старого вудмена обстоят не так уж и плохо, а стало быть, если ему дать болеутоляющего и напоить хорошей порцией «Байкала», то купание он перенесет вполне безболезненно.
Не долго думая я так и поступил. Лаура принесла мне коробку с моими магическими снадобьями и я принялся скармливать старому вудмену солпадеин, коньяк с женьшеневкой и поить его «Байкалом». Уже минуты через три Вий самостоятельно встал на ноги и даже более того, решил, что он уже полностью здоров и принялся громко благодарить меня, все норовя заключить в свои могучие объятья. При этом он тоже рассыпался в извинениях:
Барин, прости меня, дурня старого. Вовек себе не прощу, что послушал этого старого пердуна Альтеца. Благодарствую барин за то, что вылечил меня, я теперь барин для тебя что хош сделаю! Ты уж не сумлевайся в том, барин!
Такие резкие метаморфозы вызвали у меня взрыв гомерического хохота. Уж больно комично выглядел этот старый, лесной негодяй. Утерев слезы, выступившие то ли от смеха, то ли от едкого запаха псины, я строго сказал Вию:
Эй, старик, да, я тебя еще и не лечил даже, а только боль твою немного унял. Ты сейчас иди в купальню, а я пока что приготовлюсь вынуть из тебя магическое железо.
От купальни в это самое время доносились оглушительно громкие, восторженные вопли вудменов, по которым мне было ясно, что купанье им очень понравилось. Вий почесал бок и мотнув головой, нетвердой походкой пошел к купальне. Его сородичи направились вслед за ним, а я направился к джипу. Для предстоящей операции мне нужны были подходящие хирургические инструменты, а выбрать их из того, что у меня находилось под рукой, было весьма не просто, ведь у меня только и имелось в наличии, что три перочинных швейцарских ножа, Лехин тесак, меч рыцаря Роланда и еще жестяной, раскладной ящик со слесарным автомобильным инструментом американского производства.
Операцию я решил проводить прямо на кухне и попросил Лауру подготовить для этого самый большой стол. Судя по тому, что представляла из себя шкура вудмена, мне как раз, скорее всего потребуется именно Лехин тесак, большое шило и плоскогубцы, нежели пинцет и скальпель. Если, конечно, железяки не вывалятся из Вия сами во время купания, впрочем, надеяться на это мне не приходилось, ведь магическая купальня не была на такие дела запрограммирована и мне светило вновь снискать себе лавры самого великого и могущественного магаврачевателя из Зазеркалья.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ.
В которой мой любезный читатель узнает о том, как я вылечил вождя племени вудменов Вия Бортника, а так же узнает еще и о том, какие планы были связаны у Верховного мага Восточного Парадиза, Бенедикта Альтиуса с драконом Годзиллой. Заодно мой любезный читатель узнает так же и о том, что оставил после себя в Парадиз Ланде молодой Создатель Иисус Христос и как это отразилось на его дальнейшей судьбе, но, самое главное, мой любезный читатель сможет узнать о том, как с помощью элементарного блеф, можно вести в Парадиз Ланде самые сложные дипломатические переговоры.
Вудмены вернулись из купальни неузнаваемо изменившимися. Даже Лаура и та пришла в изумление, когда увидела их тщательно причесанными, ровно подстриженными и благоухающими дивными ароматами дорогого французского парфюма. Они восторженно обменивались друг с другом своими впечатлениями и на все лады благодарили меня за столь великолепную купальню, устроенную для них. Похоже, что сейчас их единственным желанием было поскорее добраться до своей деревни и предстать в таком виде перед своими жонками и подругами, русалками и дриадами.
Вий после купания выглядел вполне молодцом, но, как я и думал, ни один из осколков из него так и не выпал. С огорченным сопением он самостоятельно влез на обеденный стол, лег на спину и напряженно замер. Подозвав к себе всех его соплеменников, я велел им крепко держать старого вудмена за руки и за ноги. Комплекция у него была такая, что если бы он залепил мне в ухо своей громадной ручищей,
