Попал так попал, мало того, что чужой мир, так еще и статус в этом мир подобающий. Как быть и что делать? Остается лишь нести земной прогресс в этот райский мир.
Авторы: Александр Абердин
расступитесь и пусть ко мне подойдет вожак вашей стаи!
То ли воронамгаруда стало стыдно за свое неспортивное поведение, то ли еще почему, но небо над нами посветлело, так как вороны отлетели от джипа, который я вновь поставил посреди двора. Тотчас на капот джипа попыталась сесть здоровенная пташка, размером покрупнее, чем хорошо откормленный индюк. Воронгаруда собрался было клюнуть меня через стекло, но его так шибануло охранной магией, что он кубарем слетел на землю.
Испуганно квохча, ворон поспешил скрыться среди своих товарищей, которые покрыли землю черным, шевелящимся ковром. Наконец вокруг нас наступила долгожданная тишина и поскольку вожак стаи не торопился подойти к джипу, я снова призвал его к себе:
Кто командует вами, безумные птицы? Пусть он подойдет к моей магической колеснице!
Из недр черных, крылатых полчищ вылетел здоровенный воронгаруда, но не тот, что уже побывал на капоте джипа, а другой, перья которого слегка отливали серебром на кончиках крыльев. Ворон приземлился на каменные плиты, как раз с моей стороны. Этот кенарьпереросток, побывавший в печной трубе, важно обошел джип по кругу и снова подойдя к моей дверце, замер. Скосив на меня свой янтарный, бесовский глаз, он хрипло проорал:
Почему ты не выходишь из своей магической колесницы, жалкий человечишко? Настал твой смертный час и уже ничто не спасет твои глаза от моего острого клюва.
Убавив громкость матюгальника, но не очень сильно, я проворчал довольно скрипучим и самым противным голосом, на который только был способен:
Что нужно тебе, воронгаруда? Зачем ты привел сюда своих воинов?
Ворон озабоченно каркнул, а затем проорал с еще большей яростью:
Мне нужна твоя жизнь, маг из Зазеркалья!
Ага, это уже было чтото. Мне удалось заставить этого немытого попугаятрубочиста признать за мной определенные заслуги. Теперь главным было не снижать давления на психику этой птицы. Снова повысив громкость, я спросил этого предводителя пернатых убийц, уже более участливо:
Почему ты ищешь моей смерти, великий воронгаруда? Разве ты знаком со мною и разве я враг тебе?
Мой вопрос, явно, пришелся воронугаруда не по вкусу. От моего вопроса он подскочил в воздух метра на два и ожесточенно защелкал клювом, а затем, приземлившись както боком, закружился на одном месте, словно исполняя ритуальный танец. Я снова наехал на его психику и рявкнул грозным, не терпящим возражений голосом:
Отвечай же не мешкая, воронгаруда, когда тебе задает вопросы великий магвоитель из Зазеркалья!
Какимто очень уж обиженным голосом ворон заорал:
Ты! Ты! Ты убил нашего собрата, великий магвоитель из Зазеркалья!
Все так же грозно и я заорал на бедную птицу:
Как ты смеешь говорить мне такое? Разве ты не знаешь того, что тот воронгаруда, который лежит сейчас на берегу реки, сам встал на моем пути? Разве был твоим братом этот продажный ворон, который за кусок мяса согласился для мага Альтиуса убить человека? Разве насиживала твоя мать то яйцо, из которого он вылупился в одной кладке с твоим яйцом и разве можешь ты требовать отмщения за эту глупую птицу?
Все, теперь воронгаруда был мой. Это было видно по тому, как он беспомощно переминался с лапы на лапу и как опустил крылья и хвост. Старый ворон попался в силки своей собственной страсти к говорильне и теперь не знал, как ему выпутаться из них не потеряв свое лицо. Доказательством того, что воронгаруда уже не был уверен в своей правоте, было его неуверенное карканье и еще более неуверенный и совершенно неубедительный ответ:
Да, великий магвоитель из Зазеркалья, тот ворон не брат мне, но ты убил его не по правилам. Ты должен был сразить его своим магическим оружием, а не знанием секретного имени нашей смерти.
В хорошем споре эта бедная птица проиграла бы даже моей дочери, когда той было шесть лет. Мне оставалось только закрепить успех и нанести последний, самый решительный, словесный удар, что я и сделал, изумленно спросив ворона:
Так ты зол на меня только потому, что я узнал имя смерти всех вороновгаруда? А разве тебе не ведомо, мудрая птица, что только самому величайшему из всех магов дозволено взглянув в глаза противнику открыть секрет его жизни и секретное имя его смерти, сколь бы тайным оно не было?
При этих словах ворон истерично заверещал:
Да! Да! Ведомо! И потому ты должен умереть, величайший из магов, иначе истреблены будем мы, вороныгаруда!
Уриэльмладший, который до этого сидел молча, мрачно усмехнулся и сказал в полголоса:
Все, это конец.
Хорошо что я держал палец на кнопке и моментально выключил мегафон, а то это точно был бы конец. Подмигнув Уриэлю, я негромко сказал:
Нет, дорогой Ури, это вовсе не конец. Это моя полная победа.
