Гибель Петрограда

исчезли с ее лица, брови озабоченно сдвинулись.
— Это наш кредитор, — заговорила она наконец после некоторого молчания, — человек, который сделается через несколько дней владельцем нашего дома.
— Что ты говоришь! — воскликнул пораженный Зарницын, думая, что он не так расслышал ее слова, — но как же я ничего не знал, не слышал об этом от тебя ранее?..
— Я не хотела говорить тебе, — мягко сказала Эльза, — мне было жаль отравлять короткие минуты наших встреч, но теперь уже нельзя долее скрывать… Нильс Якобсен — владелец закладной на замок и ферму, он перекупил ее у другого лица, а срок истекает 26-го января нынешнего года, т. е. ровно через три дня…
Она говорила ровным, спокойным тоном, но ее спокойствие действовало сильнее самых бурных проявлений отчаяния.
— Боже мой, если бы я только подозревал! — воскликнул с волнением Зарницын. — Эльза, дорогая, ты все-таки должна была сказать мне. У меня есть друзья, знакомые, я достал бы эту сумму…
— И запутался бы сам, стараясь спасти нас? Если бы ты был богат, Жорж, я без ложной гордости обратилась бы к тебе, но у тебя нет состояния… Я же слишком хорошо знаю, что значит долг, которого не имеешь возможности уплатить… Этот долг отравил жизнь бабушки.
— Послушай, — прервал ее Зарницын, — у меня есть небольшие деньги, что-то около десяти тысяч марок на ваши деньги. Позволь мне переговорить с этим Якобсеном, может быть, он согласится отсрочить уплату остального долга?
Эльза грустно покачала головой.
— Нет, Жорж, он не согласится ни на какую отсрочку. Этот человек ненавидит нас! — вырвалось у нее против воли.
— Почему? — взгляд Зарницына вопросительно устремился на молодую девушку. — Неужели он?.. Но нет, это слишком невероятно, чтобы он осмелился…
— Добиваться моей руки? — докончила она с горечью. — Да, Нильс Якобсен действительно сделал мне эту честь. Бабушка отказала ему, и с тех пор он считает себя смертельно оскорбленным нами.
Лицо Зарницына вспыхнуло.
— Я придушу этого негодяя! Может быть, в настоящую минуту он осмеливается повторять г-же Левенборг свое гнусное предложение, или пытается запугать ее… Позволь мне разделаться с ним?
— Нет, пожалуйста, оставь, — сказала Эльза, тихо касаясь его руки. — Бабушка не из тех, кого можно запугать, а твое вмешательство только обострило бы положение дел. Я прошу тебя прийти к нам позже, когда он уже уйдет. Ты не захочешь доставить мне лишнего огорчения.
Молодой человек взял обе ее руки в свои и поцеловал их.
— Как я жалею о том, что я беден! — вырвалось у него неудержимым порывом. — Я могу только работать для тебя, посвятить тебе мою жизнь… Прежде я не придавал деньгам никакого значения, теперь же мне слишком ясно, что от них зависит будущность целой семьи, спокойствие и счастье близких людей.
— Я рано узнала цену деньгам, — с оттенком грусти сказала Эльза. — Бедная бабушка постоянно хлопотала о том, чтобы свести концы с концами. Надо знать, Жорж, чем она была для меня с тех пор, как я себя помню! Ведь я осталась на ее руках двухлетним ребенком после того, как отец мой и мать в один и тот же день умерли от холеры. Благодаря ей я не чувствовала своего сиротства. А между тем, ей было трудно воспитать меня.
— Так этот долг давнишний? — спросил молодой человек.
— Да. Имение было заложено дедом. Когда мой отец поступил в университет, долг пришлось увеличить. Бабушка с большим трудом уплачивала проценты. Вообще, последние Левенборги постоянно нуждались. Это тем более удивительно, что мой прадед, Эрик Левенборг, бывший посланником при французском дворе и женатый на m-lle д’Отфор, взял за ней в приданое большое состояние. Но деньги эти, самым необъяснимым образом, исчезли…
— Исчезли? — с удивлением повторил Зарницын.
— Да, после смерти прадеда их не оказалось в доме. Говорят, что за последние годы он страдал умственным расстройством. Вероятно, во время одного из припадков болезни он скрыл куда-нибудь деньги. После его смерти весь дом был обыскан с подвала до чердака, во многих местах разрывали даже землю, но все понапрасну. С исчезновением этого богатства дела Левенборгов окончательно пошатнулись, а теперь и их родовое гнездо скоро перейдет в чужие руки, — добавила со вздохом Эльза, и голос ее невольно дрогнул.
Не вдаваясь в банальные утешения, молодой человек шептал ей слова, полные ласки и любви, и Эльза мало-помалу успокоилась. Они решили сегодня же окончательно переговорить с г-жой Левенборг, прося ее назначить день свадьбы и отъезда в Россию. Бумаги Зарницына были в порядке, и он с Эльзой мог обвенчаться через неделю.
Уже совсем стемнело, когда Эльза вспомнила, что ей пора вернуться домой, так как бабушка