Совершенно фантастическое дело расследуют частные детективы — супруги Бобби и Джулия Дакот. Кровавый вурдалак — двуполый маньяк, наделенный сверхъестественной способностью к телепортации и излучению разрушительной биоэнергии, преследует своего брата, чтобы расквитаться с ним за убийство их матери-ведьмы. Удастся ли им вычислить и уничтожить убийцу, сеющего смерть и разрушения на своем пути?
Авторы: Кунц Дин Рей
и пожелал перенестись в комнату для посетителей. Но, открыв глаза, обнаружил, что по-прежнему сидит в кабинете.
– Не получилось. Выходит, не так это просто. Не по зубам мне телепортация.
– Как же так, Бобби, – встрепенулся Хэл. – Ты что же, хочешь сказать, что мы все наделены этой способностью, но только Фрэнк сообразил, как ею распорядиться?
– Нет-нет. Наверно, у Фрэнка генетический код не такой, как у всех. Или дело в каких-то его дефектах.
Все задумались. Воцарилась тишина.
Тучи постепенно расходились; из-под них, как из-под облупившейся краски, проступала синева. С каждой минутой просветов становилось все больше. Но на душе у Фрэнка было все так же ненастно.
Наконец Хэл Яматака махнул рукой в сторону журнального столика, на котором лежала одежда Фрэнка.
– Что же в таком случае произошло с одеждой? Бобби взял синий свитер и расправил, чтобы все могли полюбоваться пятном цвета хаки на спине.
– Значит, так. Допустим, сознание, само того не ведая, не дает молекулам разлетаться при телепортации и затем безошибочно восстанавливает прежнее тело. И не только тело – всякую вещь, которую Фрэнку вздумается прихватить с собой. Одежду, например.
– Или пакеты с деньгами, – подсказала Джулия.
– А перекладину зачем утащил? – допытывался Хэл. – На что она ему сдалась?
– Сейчас ты уже ничего не помнишь, – обратился Бобби к Фрэнку, – но когда телепортировался туда-сюда, ты прекрасно отдавал себе отчет в том, что происходит. Пытался остановиться, даже просил Хэла тебя удержать. И вот, чтобы тебя опять не унесло, ты и вцепился в перекладину. Только о ней и думал. Поэтому ее и унесло вместе с тобой. А что касается путаницы с одеждой… Вероятно, поначалу ты сосредоточивался на том, чтобы при восстановлении не произошло никаких сбоев, – малейшая ошибка могла стоить тебе жизни.
Но мало-помалу ты выдохся, и тут уж не до таких мелочей, как одежда.
– Сколько я себя помню, – заметил Фрэнк, – а я себя помню только с прошлой недели, – такого со мной еще не случалось. Хотя, по-моему, ночи не проходит без этих.., путешествий. Одежде-то все было нипочем, а я раз от разу все слабею, изматываюсь, раскисаю…
Объяснять дальше не понадобилось: по встревоженным взглядам и лицам собеседников было ясно, что они и так все поняли. Если Фрэнк действительно телепортируется и эта нелегкая процедура отнимает у него столько сил, что и отдых не впрок, то не сегодня-завтра при восстановлении одежды или какого-нибудь захваченного с собой предмета он может дать промашку. Но это еще полбеды, гораздо страшнее, если ему не удастся с прежним тщанием восстановить собственное тело. И, вернувшись как-нибудь из очередного ночного путешествия, он обнаружит, что в тыльную сторону руки вживлены клочки свитера, кожа с руки бледной заплатой приросла к ботинку, а недостающий кусок кожи с ботинка темнеет на языке. Не говоря уже о том, что инородные волокна могут попасть в ткань мозга…
И вот люди, которых Фрэнк считал своими надежными защитниками, смотрят на него с тревогой и жалостью. Сердце у него упало. Страх, по-акульи круживший около своей жертвы, вырвался из глубины сознания и набросился на Фрэнка. Он закрыл глаза и тут же пожалел: в воображении возникло его собственное лицо после неудачного восстановления. Восемь или десять зубов торчат из правой глазницы, ниже из щеки выпучился безвекий глаз, нос превратился в уродливый хрящеватый нарост сбоку. Чудовище раскрыло рот – наверно, хотело закричать; во рту вместо языка шевелился ошметок руки с двумя пальцами.
Фрэнк открыл глаза. У него вырвался сдавленный крик отчаяния и ужаса. Его била дрожь, и унять ее не было сил.
По просьбе Бобби Хэл налил всем еще кофе, а Фрэнку, несмотря на ранний час, прямо в кофе добавил виски. Потом вышел в комнату для посетителей и снова включил кофеварку.
Кофе со спиртным взбодрил Фрэнка. Тогда Джулия показала ему фотографию Фаррисов.
– Ты знаешь этих людей? – спросила она, внимательно следя за выражением его лица.
– Нет. Впервые вижу.
– Это Джордж Фаррис, – объяснил Бобби. – Настоящий Джордж Фаррис. Фотографию нам дал его шурин.
Фрэнк оживился и снова взглянул на фото.
– Может, я его и знал, раз позаимствовал его фамилию. Но по фотографии никак не вспомню.
– Он умер, – сказала Джулия и отметила неподдельное удивление Фрэнка. Она рассказала, как умер Фаррис и как недавно была уничтожена его семья. Рассказала и про Джеймса Романа и роковой пожар, во время которого погибли его родные.
Фрэнк опешил и смутился, тоже непритворно.
– Да что же они все гибнут? Это что – совпадение? Джулия подалась вперед.
– Мы
