Глаза убийцы

велел Лукас.
Беккер, все еще показывая левый поворот, выехал на перекресток. Машина наблюдения шла за ним вплотную, чтобы исключить возможность преследования. Лукас медленно двинулся вперед. Поравнявшись с машиной Беккера, он посмотрел налево, в окно. Его воротник был поднят, шляпа надвинута на лоб, лицо оставалось в тени…
Он встретился глазами с Беккером, и голова Доктора Смерть дернулась, как у марионетки. Лукас нажал на газ, быстро проехал перекресток и покатил вверх по склону холма.
— У него заглох двигатель, он не может завести машину, — сообщил Слоун.
— Он меня видел, — сказал Лукас и обернулся к Бэнкрофт. — Ты можешь сесть.
— Проклятье, мне нужна видеозапись, — простонала она. — Дэвенпорт, ты меня убиваешь!

Потрясенный Беккер сидел в машине и плакал. Он попробовал тронуться, перешел на первую передачу, но двигатель вновь заглох. Он сделал новую попытку…
Он даже не помышлял о преследовании. Он прекрасно знал, кого видел.
Беккер просидел в шкафу день и ночь, то погружаясь в дремоту, то просыпаясь. Он потерял счет проглоченным таблеткам, перестал обращать внимание на дозы. Наконец, когда снова рассвело, он почувствовал голод. Портсигар был пуст, и ему пришлось ползком выбраться из убежища. Глаза поджидали его в зеркале. Беккер поднялся на ноги и побрел в ванную. Все тело разрывалось от боли. Он много часов провел в полнейшей неподвижности, и теперь мышцы плохо слушались. Он стоял под душем, вода обжигала, боль выталкивала образы из сознания…
Он вышел из ванной комнаты, оделся и выпил чашку черного кофе с таблеткой амфетамина, просто чтобы двигаться дальше. Потом сел в машину, увидел глаза в зеркале заднего вида, повернул его и поехал по улице. Примерно в миле от его дома находилось кафе. Ему пришлось остановиться на перекрестке — загорелся красный свет. И тут он заметил фургон на противоположной стороне…

— Он едет дальше? — спросил Дэвенпорт.
— Да, но я думаю, что он не в себе, — ответил Слоун. — Ведет машину очень медленно.
— Беккер в шоке, — сказал Лукас. — Я же говорил тебе: он был знаком с Друзом.
— С ним определенно что-то не так, — продолжал детектив. — Он разворачивается. Возвращается обратно на Двенадцатую…
Группа наблюдения не упускала подозреваемого, двигавшегося в сторону центра.
— Возможно, он едет в больницу, — предположил Слоун.
Лукас поставил взятую напрокат полицейскую мигалку на крышу «доджа» и помчался к университетскому городку. Бэнкрофт, перебравшаяся обратно на пассажирское сиденье, застегнула на своем соседе ремень безопасности.
— Ты водишь еще хуже, чем мой оператор, — заявила она, пристегивая свой ремень.
— У нас мало времени, — отрезал Лукас. — Ты скажешь, куда нужно поставить машину?
— Да.
Она выглядела взвинченной, и он усмехнулся.
— Тебе будет заплачено сполна.
— И даже больше, — проворчала Карли. — Если на студии узнают, что я это делаю…
— Что?
— Даже и представить себе не могу. Если бы у меня была видеозапись, они бы выстроились перед студией с поджатыми хвостами…

Лукас выскочил из машины на Вашингтон-авеню, возле пешеходного мостика. Если Беккер выберет обычный маршрут до больницы, то проедет под эстакадой; но от дороги совсем непросто быстро подняться наверх. Если Беккер остановит машину и будет очень спешить, Лукас успеет нырнуть в соседнее здание, находящееся на другой стороне пешеходного моста.
— Где Беккер? — спросил он по рации, шагая по тротуару к входу на эстакаду.
— Он еще не свернул с автострады, так что у тебя есть время, — сообщил Слоун. — Внимание, он приближается к съезду.
Лукас поднялся наверх и посмотрел на запад, на другой берег Миссисипи.
— Дэвенпорт… — послышался голос Бэнкрофт.
Лукас посмотрел через ограждение в ее сторону. Она стояла у стены возле здания Студенческого союза, держа наготове «Никон». Он помахал ей рукой и зашагал по мостику.
— Он на Вашингтон, — послышался из рации голос Слоуна.
Мимо проходил худощавый длинноволосый студент в плаще до щиколоток, с египетским крестом на груди. Он с любопытством посмотрел на Лукаса и сказал:
— Сирано не может быть с таким носом.
— Проваливай, парень, — приказал лейтенант.
Он прикрыл глаза ладонью от солнца, продолжая внимательно смотреть на Вашингтон-авеню в направлении реки.
— На мосту, — сказал Слоун.
— Принято, — ответил ему Лукас.
— Ты что, коп? — спросил студент.
— Иди отсюда, — проворчал Лукас. — Ты можешь испортить важную операцию, и тогда твоя задница окажется в тюрьме.
— Убедительный довод, — сказал парень и быстро