Глаза убийцы

кровать, но это была не их постель, за ней он увидел обои, расписанные геральдическими лилиями, — где это могло быть? В отеле в Нью-Йорке. Наркотик пел в его крови, и Беккер увидел себя: вот он, обнаженный, выходит из ванной с полотенцем в руках, Стефани говорит по телефону… Вновь боль в пальцах. Тьма. Он бросил спичку и зажег третью. «Сука». Он отправился в ванную комнату принять душ, а когда вышел, оказалось, что она взялась за телефон и звонит маникюрше или еще кому-то…
Его разум вытягивался и рвался, сжимался в кольца. Боль. Темнота. Новая спичка. Он вытер слюну с подбородка, глядя на мерцающее пламя. Боль. Темнота. Он выполз из шкафа, действие наркотика начало слабеть, теперь он оказался во власти льда…
Беккер нашел ответ — ему помогло перемещение в Нью-Йорк. Он встал, его мысли стали холодными и четкими. Боль в руке.
— Неужели я так глуп?
Беккер вышел из спальни голым, не обратив на это внимания, и поспешил в кабинет, где сел за большой дубовый письменный стол. Он выдвинул ящик и вытащил из него серую пластиковую коробку. На ней была надпись: «Счета: погашенные, текущие».
— Нью-Йорк, январь… — Он высыпал содержимое на стол и принялся перебирать листки. Через минуту пробормотал: — Вот он…
Телефонный счет. Сам Беккер никому не звонил, но обнаружил шесть звонков из Нью-Йорка в Миннеаполис, четыре из них на коммутатор университета. Но он не знал номера…
Разум, подобный льду. Теперь все процессы ускорились. Беккер набрал номер на стоящем на столе аппарате и через мгновение услышал женский голос:
— Офис профессора Джорджа, чем я могу вам помочь?
Он бросил трубку на рычаг, жар растопил лед в его голове.
— Филипп Джордж! — радостно воскликнул он. — Филипп Джордж!
Пришла пора заняться делом, но наркотики снова взяли верх, и Беккер просидел еще минут тридцать за большим письменным столом, раскачиваясь в кресле. Время теряло всякий смысл, когда он находился во власти ЛСД…
Боль. Он посмотрел на руку. На указательном пальце появился пузырь от ожога. Кончик большого пальца сильно покраснел. Когда он умудрился обжечься? Здесь что, был пожар?
Он отправился на кухню, проткнул пузырь иголкой, смазал оба пальца дезинфицирующей мазью и заклеил ожоги бактерицидным пластырем. Тайна… и Филипп Джордж.
Беккер перешел в библиотеку и стал искать нужную книгу. Нет. Нет. Где? Наверное, лежит среди всякой ерунды вместе с подарками… Ага, вот: «Университет Миннесоты, факультеты, руководящий персонал».
Сначала он увидел собственное лицо, а потом отыскал и Филиппа Джорджа. Слабак. Немного глуповат, слегка назойлив. Крупный мужчина. Блондин. С избыточным весом. Как она могла? Снова сильно заболела рука, и Беккер с недоумением посмотрел на пальцы. Как?..

— Карло?
— Проклятье, я думал…
Друз был сильно удивлен.
— Извини, у меня срочное дело.
— Ты смотрел телевизор? — спросил Друз.
— Да. Но пока они еще не начали тебя разыскивать. Пока. Вот почему я звоню. Я нашел человека, который нас интересовал.
— Кто он? — выпалил Друз.
— Профессор юриспруденции Филипп Джордж. Нам необходимо действовать быстро — ты же видел пресс-конференцию.
— Да, конечно. Где ты? — нетерпеливо спросил Друз. — Ты в порядке?
— Я в квартале от тебя, в супермаркете, — ответил Беккер.
Он звонил из телефона-автомата возле газетного киоска, и к нему приближалась женщина со списком покупок, которые она собиралась сделать. Она хотела кому-то позвонить.
— Я очень тщательно проверил. Слежки нет. Могу дать полную гарантию. Но я уйду через черный ход в переулок. Буду у тебя через шестьдесят секунд после того, как повешу трубку. Ты должен открыть входную дверь.
— Послушай, если тебя кто-нибудь увидит…
— Я знаю, но я в шляпе, куртке и темных очках, и я войду в вестибюль, только если в нем никого не будет. Ты откроешь сразу, я поднимусь по лестнице. Не запирай дверь квартиры.
— Ладно. Если ты уверен…
— Да, но я хочу, чтобы ты подтвердил, что это тот человек, который нам нужен.
Беккер повесил трубку и огляделся. Следят ли за ним? Полной уверенности у него не было, но он надеялся, что полицейских рядом нет. Женщина говорила по телефону, не обращая на него ни малейшего внимания. Пожилой мужчина платил в кассе за кофе, больше никого — только продавцы супермаркета.
Ему пришлось пробежаться по всему магазину, прежде чем он нашел телефон. Рядом с молочным отделом горела надпись «Выход».
Беккер подхватил тележку и, поглядывая на других покупателей, направился к задней части магазина. Полной уверенности быть не может… Он немного постоял у молочного отдела, потом бросил тележку и зашагал к