Суровый мир, раздираемый к тому же жестокой войной. Эльфийские лучники, элитная пехота гномов, рыцарская конница людей, коронные пехотные полки — все смешалось в кровавом водовороте. Как выжить, если ты заурядный продавец компьютеров, злой волей перенесенный в чуждую для тебя среду? Как выжить, если свой путь в новом для себя мире ты начинаешь в качестве смертника в полку «безнадежных»? Как выжить, если изначально единственное твое право — это право на смерть? И что делать, если ты не семи пядей во лбу, не мастер боевых искусств и не владеешь секретом пороха? Прислушайся к своему сердцу,— возможно, оно сможет показать тебе путь.
Авторы: Аркадий Степной
Дело предстоит жаркое, но славное и, самое главное, выгодное.
Лес сужался, все плотней обхватывая ленточку дороги в свои зеленые объятия. Солнце жгло неимоверно, ветра почти не было, и люди мучились под своими доспехами, истекая потом. Безнадежные снимали свои тяжелые кожаные куртки и закидывали их на плечо, привязывали кожаные шлемы к поясу и мечтали избавиться от тяжелых щитов.
Арбалетчики, шедшие позади них, были более дисциплинированны, но и среди них нашлось немало таких, кто снял с себя кольчугу и забросил ее в наплечный дорожный мешок.
Гарт, глядя на все это безобразие, только досадливо поморщился и в очередной раз приказал своим бойцам подтянуть ремни и быть начеку. Безнадежные из первого пула с заметной завистью смотрели на остальных, но приказа своего первого капрала ослушаться не посмели.
Барон Глинбор ехал во главе своего войска на статном белом жеребце. Лесная тишина и удушающая жара притупили его страх и осторожность. Он снял с себя закрытый шлем и оставил на голове лишь легкую небольшую шапочку. Барон с удовольствием снял бы и тяжелые наплечники, но золотые украшения на них так ярко горели в лучах полуденного солнца, что тщеславие на время победило все остальные чувства. И барон продолжал истекать потом, утешаясь завистью, горящей в глазах его свиты.
Его спокойствие было бы серьезно нарушено, если бы барон знал, что еще одни глаза любуются игрой солнечных лучей на золотых завитушках на его доспехах. И в отличие от других глаз в этих нет и следа зависти. Вместо этого в них горело чувство радости от предвкушения скорого обладания заветной вещью. Такими глазами мужчина смотрит на женщину, которой в скором времени предстоит неминуемо оказаться в его объятиях.
Да, этот взгляд изрядно подпортил бы барону настроение, тем более что взгляд этот был эльфийским.
Ангейро аккуратно приладил именную бронебойную стрелу и натянул длинный эльфийский лук. Хищный прищур зеленых глаз нацелил граненый наконечник. Рано… рано… рано… пора!
Голова глинглокского генерала взорвалась кровавым облаком. И тут же огромные ели рухнули на землю, преграждая людям дорогу. Две сотни добрых эльфийских луков ударили с двух сторон по застывшим в изумлении рыцарям и растерявшимся коронным копейщикам. С двух десятков шагов бронебойные наконечники пробивают любые доспехи насквозь. В этот кровавый день люди познают, что значит эльфийская стрельба. Тридцать стрел в колчане у лучника, три минуты стрельбы, и можно идти врукопашную.
Из полутора сотен тяжелых всадников уцелело едва ли три десятка, успевших вовремя соскочить с седла и спрятаться за лошадьми. Полк коронных копейщиков потерял почти треть своего состава, в том числе и всех своих командиров.
Ангейро сбросил на землю пустой колчан, оставил лук и резким движением обнажил короткий пехотный меч.
– Арк!
– Арк!!! – подхватили его крик две сотни эльфийских глоток.
На ошеломленных, оставшихся без управления копейщиков с двух сторон обрушились почувствовавшие кровь эльфийские лучники. Копейщики даже построиться не успели, в их беспорядочную толпу ворвались эльфы, словно волки в стадо овец.
Капитан Ангейро вырвался вперед, легко увернулся от выставленного невпопад копья, отбил рукою в сторону щит, на мгновение мелькнули испуганно распахнутые голубые глаза, и вот уже отточенная сталь рубит мышцы, вены, позвонки. Снесенная человеческая голова отлетает вбок.
– Арк!!! – кричат за его спиной бойцы его личного, элитного десятка, воодушевленные доблестью своего командира.
Но ему не до них и не до жертвы, она уже в прошлом. Перед ним другая мишень, широкоплечий копейщик стоит к нему спиной, закрываясь щитом и низко пригибая голову, он не видит, что творится за его спиной. Привыкший стоять в строю копейщик не смотрит назад. Ну что же, это только его вина. Окрашенный кровью меч взлетает ввысь и обрушивается на не защищенную металлом спину. Копейщик приглушенно охает и опадает на землю с перебитым позвоночником, но эльфийский капитан уже забыл про него, он в прошлом. Перед капитаном новая мишень.
Совсем молодой мальчишка бросает от страха копье и съеживается, пытаясь спрятаться за своим щитом. Глупец! Людям пощады не будет! Ангейро ударом ноги выбивает щит из его руки, парнишка падает на колени, закрывает руками голову, что-то кричит. Тяжелый наконечник меча разрубает выставленные ладони, пробивает кожаный шлем, и молодой копейщик падает навзничь с раскроенным надвое лбом. Все, он в прошлом, дальше.
Чье-то копье бьет эльфийского капитана в бок, удар вскользь не может пробить кольчугу, лишь оцарапывает кожу, но вынуждает его неудобно развернуться, теряя равновесие и драгоценные
