Суровый мир, раздираемый к тому же жестокой войной. Эльфийские лучники, элитная пехота гномов, рыцарская конница людей, коронные пехотные полки — все смешалось в кровавом водовороте. Как выжить, если ты заурядный продавец компьютеров, злой волей перенесенный в чуждую для тебя среду? Как выжить, если свой путь в новом для себя мире ты начинаешь в качестве смертника в полку «безнадежных»? Как выжить, если изначально единственное твое право — это право на смерть? И что делать, если ты не семи пядей во лбу, не мастер боевых искусств и не владеешь секретом пороха? Прислушайся к своему сердцу,— возможно, оно сможет показать тебе путь.
Авторы: Аркадий Степной
давили и неизменно продавливали людей все ближе к повозке. Но люди не давали им спуску, на каждый удар отвечая двумя, продолжая драться со смертельными ранами на теле. И гномий клич «Торбин» зачастую перекрывался рычанием «Глинглок».
А с другой стороны наиболее слабые солдаты, первая шеренга, насмерть схватились с эльфами. Эльфам удалось разломать измотанный строй, но, как ни странно, это не принесло того преимущества, которого они ждали. Люди дрались копьями, ножами, отобранными у эльфов мечами, голыми руками и даже зубами, но не пропускали эльфов, памятуя о том, что за их спиной стоят их товарищи и верят, что они выстоят.
Гномы давили, людские ряды таяли на глазах, но и гномий хирд терял свои звенья одно за другим. Рустам дрался как сумасшедший, в этот час он наконец понял, о чем говорил Гарт, когда призывал их прочувствовать строй душой. Он чувствовал себя не одиноким человечком, а звеном крепкой цепи. И не он один. Это чувство, словно уже даже не второе, а третье дыхание, придавало им силу и удерживало строй в невероятных условиях.
У Рустама развалился разрубленный надвое щит, и он взялся за копье обеими руками, гномья секира рубанула его по правой руке, и он дрался левой. Другая секира ударила его в бок, прорубив кожаный доспех. Горячая кровь заструилась по телу, и он упал на спину, но даже там продолжал бить копьем левой рукой и по-прежнему чувствовал, что он в строю. Чернобородый гном с искаженным яростью лицом выбил у него из рук копье и, встав прямо над ним, замахнулся для последнего удара. И даже тогда Рустам по-прежнему чувствовал себя частью строя и, оставшись без оружия, не в силах больше бить, постарался хотя бы плюнуть в своего врага, но было нечем. Тяжелая секира устремилась в свой смертельный полет, и Рустам улыбнулся ей навстречу.
Тяжелый арбалетный болт ударил чернобородого гнома в грудь, пробив доспех и глубоко погрузившись в тело. Гном отшатнулся, побледнел, но все же нашел в себе силы шагнуть вперед и замахнуться для нового удара, чтобы покончить с беззащитным человеческим сержантом, однако момент был уже упущен. Знакомый огромный кулак выбил у него из рук секиру и следующим ударом превратил его лицо в кровавую маску, отправив в жесточайший нокаут. Рустам постарался проследить глазами за полетом чернобородого гнома, но Гарт уже выдернул его из боя и затащил под повозку, с которой спрыгнули выпустившие весь свой запас болтов арбалетчики. Подхватив топоры, они бросились врукопашную. Рустам оттолкнул Гарта и упрямо поднялся на ноги. Его шатало, кровь текла из раненой руки и пробитого бока, но он требовательно вытянул левую руку, и осунувшийся Гарт молча вложил в нее копье.
– Глинглок! – хрипло прорычал Рустам.
– Глинглок!!! – подхватили за ним поредевшие мужские голоса.
И бой окончательно превратился в свалку.
Гномы с эльфами могли уже праздновать победу, когда над лесом разнесся чистый звук боевого горна. И в спину гномам ударили невесть откуда взявшиеся конные рыцари. Гномы сломались сразу, упрямые копейщики вытянули из них все силы, заставив выложиться до конца, и неожиданной атаки с тылу они уже не сдержали и побежали, бросая оружие.
Рустам уже почти потерял сознание, когда это произошло, копье было сломано, и он выбросил его, вытащив нож. Он не видел всадников, зато видел гнома, который бежал прямо на него и почему-то без оружия. Рустам ударил его ножом, но слабая рука не смогла пробить доспеха, и гном сбил его с ног, при этом не сделав даже попытки добить, а тут же побежав дальше. Рустам постарался вскочить на ноги, но неожиданно увидел прямо перед собой конское копыто.
«Откуда здесь копыто?» – успел он подумать, перед тем как провалился в небытие.
Лингенский лес – это место навсегда останется в истории как место первого боя короля Георга Первого. Войско барона Глинбора слишком долго шаталось по округе и не знало свежих новостей. Король Карл Четвертый умер, и новый король, Георг Первый, занял трон, принадлежавший ему по праву крови. Новый король не стал терять времени зря и в сопровождении сотни рыцарей и своего нового маршала, Седрика Тревора, барона Годфри, отправился на север для выяснения обстановки.
Рыцари, сопровождавшие короля, захватили эльфийский дозор. После короткого и жестокого допроса эльфы рассказали об устроенной в лесу засаде. Георг Первый не терял ни мгновения и успел в последнюю минуту. Рыцари барона Годфри снесли гномов, а за ними и эльфов и рассеяли их остатки по лесу.
К тому моменту от армии барона Глинбора осталось лишь двадцать два солдата. Все были жестоко изранены и истекали кровью. На их счастье, в свите короля согласно древнему правилу следовало восемь сильных целителей.
Рустама исцелили одного из последних,
