Суровый мир, раздираемый к тому же жестокой войной. Эльфийские лучники, элитная пехота гномов, рыцарская конница людей, коронные пехотные полки — все смешалось в кровавом водовороте. Как выжить, если ты заурядный продавец компьютеров, злой волей перенесенный в чуждую для тебя среду? Как выжить, если свой путь в новом для себя мире ты начинаешь в качестве смертника в полку «безнадежных»? Как выжить, если изначально единственное твое право — это право на смерть? И что делать, если ты не семи пядей во лбу, не мастер боевых искусств и не владеешь секретом пороха? Прислушайся к своему сердцу,— возможно, оно сможет показать тебе путь.
Авторы: Аркадий Степной
в чувство, Злотарь наведывался во второй застенок, где верзила Тумо сопротивлялся допросу не менее остервенело, нежели его хозяин.
Но искусство палачей неуклонно делало свое дело, птички пели. С трудом и натужно, но пели. И Злотарь напоминал сейчас породистого пса, идущего по следу. Дементос, присутствовавший при допросе в качестве доверенного целителя, был поражен. Таким он тихоню Злотаря еще не видел. Глава городской тайной службы, несмотря на напряженнейшие дни и бессонную ночь за плечами, неистово работал и был почти счастлив.
Все взорвалось через три часа после начала допроса. В застенок зашел помощник Злотаря — Агерт. С озабоченным лицом, даже не взглянув в сторону кричащего от боли эльфа, он наклонился к уху своего шефа и встревоженно зашептал. Злотарь побледнел и вскочил на ноги.
— Остановите допрос! — выкрикнул он. И, сделав над собой усилие, уже более спокойно произнес: — Дайте ему отдохнуть. А вы, господин целитель, — обратился он к Дементосу, — пройдите, пожалуйста, со мной, необходимо ваше присутствие.
Больше ничего не объясняя, глава тайной службы поспешно покинул пыточный застенок.
Две глухие комнаты без окон разделяла железная дверь. Пройти в дальнюю комнату можно было только через нее, и поэтому дальнюю комнату частенько использовали в качестве темницы для особых случаев. А в первой комнате тогда размещали вооруженную охрану.
Сейчас все двери были распахнуты настежь. В первой комнате лежали три безжизненных тела в серых куртках. А во второй — пойманный ночью шпион, коротышка с бегающими глазами. Сейчас его глаза наконец-то успокоились, со смертельной мукой уставившись в стенку. Что Дементоса поразило с первого же взгляда, так это то, что ни у кого из убитых не было пролито ни капли крови. Их всех убили очень чисто — коротышку задушили, а его охранникам сломали шеи. Причем никто из них даже не обнажил оружие.
Злотарь до боли закусил губу и посмотрел на Дементоса. Целитель с сожалением помотал головой:
— Все мертвы.
Злотарь поднял глаза к потолку и шумно выдохнул, на лице его разом проступила вся долго сдерживаемая накопившаяся усталость.
— Нас обошли, Агерт, — тихо сказал он стоявшему рядом с ним помощнику. — Обошли как стоячих. Мы облажались. Надо было начинать допрос с этого коротышки.
«Дикая кошка» Герда потушила Буйвола и обрубила ниточку, ведущую к группе Трамгеля.
Ореховый кабинет Эрандаля, величественного дворца глинглокских королей, стал для молодого короля излюбленным местом работы. В расположении Георга было множество роскошных покоев, но именно скромная строгость орехового кабинета как нельзя лучше настраивала его на деловой лад.
Ветер врывался в кабинет, развевая легкие занавески и принося в комнату прохладу. Он ворошил бумаги на массивном столе и развевал волосы королевских советников. Георг сидел во главе стола на жестком стуле с высокой спинкой и внимательно слушал графа Калу.
Купцы первой гильдии Розенталь и Бамо обязались снабдить вновь формируемый в Аквине сорок второй коронный полк арбалетчиков кинжалами и арбалетами, за что им и было уплачено. Снаряжение купцы поставили вовремя. Но арбалеты сделаны недобротно, стреляют недалеко и с двадцати шагов не в состоянии пробить даже легкую кольчугу. А кинжалы сработаны из мягкого, дешевого железа и легко гнутся.
Купцов обязать заменить все оружие в четырехдневный срок, — нахмурившись, приказал Георг. — А в качестве наказания, чтобы другим неповадно было, зачислить их сыновей и вообще всех близких родственников мужского пола и подходящего возраста насильно в сорок второй коронный. А если таковых не найдется, то наложить штраф в триста золотых.
Граф Калу заглянул в свои бумаги и криво усмехнулся:
Ну штрафа-то им избежать как раз таки и удастся, ваше величество. Оба купца богаты сыновьями, достигшими вполне подходящего возраста.
Тем лучше, — заметил Георг и потребовал: — Дальше.
В Ромале оружейные мастерские жалуются на нехватку железа. Все железо в округе скупили гномьи ростовщики Тортлав и Бьор. И иначе как в три цены отдавать не собираются.
Георг задумался, этот случай явно был сложнее, нежели остальные. Обижать гномьих ростовщиков, за которыми стоят сильные гномьи королевства, пока еще придерживающиеся нейтралитета, было бы неразумно. Но и без железа не обойтись, везти его в Ромаль издалека долго и дорого.
Калу, я хочу, чтобы сегодня же представили мне на подпись ордонанс, в котором железо объявляется товаром государственного значения. Как только ордонанс
