Суровый мир, раздираемый к тому же жестокой войной. Эльфийские лучники, элитная пехота гномов, рыцарская конница людей, коронные пехотные полки — все смешалось в кровавом водовороте. Как выжить, если ты заурядный продавец компьютеров, злой волей перенесенный в чуждую для тебя среду? Как выжить, если свой путь в новом для себя мире ты начинаешь в качестве смертника в полку «безнадежных»? Как выжить, если изначально единственное твое право — это право на смерть? И что делать, если ты не семи пядей во лбу, не мастер боевых искусств и не владеешь секретом пороха? Прислушайся к своему сердцу,— возможно, оно сможет показать тебе путь.
Авторы: Аркадий Степной
чем, собственно, мы должны расплачиваться. Но в большинстве случаев казначейство разумно оставило за собой право решать, в чем именно будет производиться расчет. Однако, разумно оставив за собой это право, распоряжаемся мы им абсолютно неразумно. Как пример — сделка с гномьей ростовщической конторой «Клекланд и сыновья». Еще до войны они ссудили казначейство зерном — пятьдесят четыре тонны пшеницы под двадцать шесть процентов. Не знаю, право, как им это удалось. Разумно — закрыть столь «дорогой» заем при первой же возможности. Но абсолютно неразумно, я бы даже сказал преступно, расплачиваться по займу зерном, выросшим в цене более чем в два раза. Ведь по договору мы можем расплатиться и деньгами…
— Сколько мы можем сэкономить на бартерных сделках? — прервал его король, до этого времени внимательно слушавший.
— Не знаю, ваше величество, — признался гоблин, которому родная финансовая стихия помогла прийти в себя и избавиться от робости. — Как секретарь младшего казначея Освальда, я имел доступ только к так называемым чистым займам. Информацию по бартерным займам мне удалось раздобыть лишь по двум-трем случаям.
Лицо короля оставалось спокойным, но в глазах проявились стальные отблески, выдавшие хорошо контролируемый холодный гнев.
— Добрая половина из доложенного тобой не попала в твои отчеты. Почему?
— Я боялся за свою жизнь, ваше величество, — честно ответил гоблин. — Слишком большие деньги, ради них даже мягкотелые чиновники сподобятся на убийство.
Глухо хрустнули королевские пальцы, сжатые в кулак, глухо прозвучал и вопрос:
— Освальд?
Фабио облизнул пересохшие губы.
— Чист, ваше величество.
В воздухе повисла напряженная пауза, которую прервал тяжелый вопрос:
— Уотфорд?
— Чист, ваше величество, — выдохнул молодой гоблин. — Их запутали в цифрах и отчетах. Завалили массой мелких расчетов. Они виноваты лишь…
— Договаривай.
— В невнимательности, ваше величество.
Фабио хотел сказать «в некомпетентности», но ему показалось, что это будет похоже на грязную попытку «подсидеть» вышестоящее начальство, и он невольно сгладил формулировку. От короля не ускользнули его душевные метания, он все понял правильно и по достоинству оценил. Впрочем, разговор был еще не окончен.
— Честер, тебе пора к нам присоединиться, — сказал король.
Гобелен с изображением соколиной охоты отъехал в сторону, и из потайного угла вышел глава тайной службы, граф Честер. Фабио остолбенел от удивления и страха, вновь напомнившего о себе. Графа Честера во дворце боялись все, за исключением лишь самого короля и его старого дворецкого Бертрама.
— Покажи ему список, — приказал король.
Граф протянул Фабио исписанный листок бумаги. У Фабио задрожали пальцы, от этого списка веяло сыростью темницы и жаром пыточных принадлежностей.
— Все ли здесь? — тихо спросил у него граф.
Фабио взял себя в руки. В конце концов, произволом здесь и не пахло, графа Честера считали ужасным, но справедливым. А наказание есть воздаяние. Нечего было воровать и жировать за чужой счет. Фабио прочитал список и уверенно ответил:
— Нет.
После чего назвал несколько имен, которые граф прямо на его глазах собственноручно добавил в список.
— А теперь?
Фабио еще раз проверил список и решительно очертил ногтем несколько фамилий:
— Про этих я ничего не знаю.
— Зато мы знаем, — усмехнулся граф. — Ваше величество, разрешите?
— Докладывайте, Честер. Присутствие Иманали нам не помешает, даже напротив, будет весьма полезно.
— Ваше величество, здесь нет измены. В основном — сговор, взяточничество и казнокрадство. При полном попустительстве невиновных, но и некомпетентных руководителей. А в частности королевского казначея Уотфорда и его помощников, младших казначеев вашего величества. Мы еще не разгадали всех хитросплетений, но и того, что накопали, уже вполне достаточно для проведения арестов.
— В этом деле необходимо разобраться до конца, — заявил король. — Брея Уотфорда в почетную отставку, сор из дворца выносить не будем, пусть все оформят чинно и красиво. Всех, кто замешан, — сегодня же арестовать и подвергнуть допросу. Однако предупреждаю: раскаленное железо дозволительно применять только к тем, чья вина не вызывает сомнений.
— Как прикажете, ваше величество, — поклонился граф.
Король достал из ящика заполненный патент и протянул его Фабио:
— Это патент на должность королевского казначея. Ты возглавишь мое казначейство и будешь заведовать королевской казной.
Фабио позеленел почти до синевы и бережно, двумя руками, прикоснулся
