Хроноагенты Андрей Коршунов и Гелена Илек наконец находят способ вырваться из мира-тюрьмы, в который заточил их старый противник Шат Оркан. В поисках своего мира они вместе с новыми союзниками совершают головокружительное путешествие через множество причудливых и смертельно опасных Фаз пространства и времени. Впрочем, и в доисторическом лесу, и в населенном загадочными монстрами подземном бункере, и среди вооруженных головорезов придают уверенности крупнокалиберный пулемет на плече и друг с «Калашниковым», прикрывающий спину…
Авторы: Добряков Владимир Александрович
«Ложись!», посылаю в хищника разряд из бластера. Громоздкая туша исчезает в слепящей вспышке, а нас подбрасывает ударной волной.
— Вперед! Быстро! — командую я.
Из леса, с двух сторон, к нам приближаются еще два таких же дьявола. Время терять нельзя. Пока Анатолий организует переход, мы с Леной с бластерами наготове охраняем нашу группу. Сиреневое марево перехода открывается прямо в болото. И как раз в этот момент из леса выбирается еще один монстр. Слишком близко для бластера. Но и убегать просто так нельзя. Вдруг он ринется за нами в переход.
— Уходим! Я прикрываю.
Мои друзья один за другим исчезают в переходе. А монстр с кошачьей грациозностью быстро приближается к нам. До него остается всего метров двести, когда я, уже стоя одной ногой в переходе, стреляю в него из бластера и тут же ныряю в переход, унося с собой установку.
Холодновато, однако. Даже не холодновато, а, прямо скажем, морозно. Градусов двадцать, не меньше. А скорее всего, и больше.
— Минус двадцать восемь, — подтверждает мою догадку Лена, бросив взгляд на наручный термометр.
Мы стоим по колено в снегу среди бескрайней, безжизненной равнины. Солнце, судя по размерам и спектру, наше, земное; еще довольно высоко, но уже начинает опускаться. Не заметно никакого движения, не видно никакого нарушения однообразного и плоского рельефа. Настоящее Белое Безмолвие. Куда до него тому, что описывал Джек Лондон. Там, по крайней мере, была сосна, задавившая Мэйсона. А здесь…
— Как вы смотрите на предложение поскорее выбраться отсюда? — спрашиваю я, ни к кому не обращаясь.
— Вообще-то положительно, — соглашается Анатолий, но тут же добавляет: — Только поскорее вряд ли получится. Ближайшая подходящая флуктуация находится более чем в пятидесяти километрах отсюда.
— Тогда пойдем к ней. Других вариантов все равно нет, — говорю я.
— Подожди, — останавливает меня Лена. — Мы-то дойдем. А вот Вир перехода не выдержит. Это точно.
Действительно, я совсем забыл, что наш новый друг экипирован для такого похода, мягко говоря, совсем неподходяще. И на тебе! Из такой парилки, да сразу на почти тридцатиградусный мороз. Положение кажется мне безвыходным. Но Лена, как всегда, находит решение таких простых, житейских задач раньше меня. Она стаскивает с себя комбинезон с электроподогревом и протягивает его Виру:
— Одевайся!
Сама она остается в прозрачном сертоновом костюме. Мне становится не по себе. Я прекрасно знаю Ленкины способности в плане терморегуляции своего тела. Но даже при всем при этом мне жутко даже представить, как моя подруга пойдет по этим сугробам, при таком морозе, практически нагишом.
— А ты? Так и пойдешь?
— Ты меня за дурочку держишь или за снежную леди?
Покопавшись в своем объемистом ранце, Лена достает аккуратно свернутый белый свитер и брючный костюм из голубой кожи. Она сотворила его, когда у нас первый раз «гостила» Наташа.
— Что ж, — с сомнением говорю я, — это не Время весть что, но лучше, чем ничего.
— И я так думаю, — беззаботно отвечает Лена.
Если кто-нибудь подумает, что нам предстояла относительно несложная задача — пройти какие-то полсотни километров по ровной, как стол, местности, пусть попробует это проделать. Пусть он попробует пройти сколько-нибудь, проваливаясь на каждом шагу по колено и глубже в снег. И когда он скажет: «А ну его!..», вот тогда это будет примерно одна двадцатая того, что нам предстояло.
Тяжелее всего тому, кто идет впереди всех и прокладывает дорогу. Мы с Анатолием меняемся через каждые сто метров. Вира к этой работе мы не привлекаем. Его шуки, тапочки из мягкой кожи, хороши, чтобы бесшумно ходить по лесу, но не по глубокому снегу. За час мы проходим два километра с небольшим.
Короткая остановка. Садимся прямо там, где шли, подложив под себя ранцы. Я прикидываю пройденное расстояние, остаток пути, высоту солнца и прихожу к знобящему выводу. Не миновать нам ночевки, а то и двух, вот так, прямо в снегу, на морозе. Закуриваю и с сомнением смотрю на Лену. Вряд ли она выдержит такое. А та, словно не замечая моей обеспокоенности, говорит:
— Верно ты тогда сказал, когда мы готовились. Как ни планируй, как ни прикидывай, а все равно окажется, что самой нужной вещи мы не взяли. Забыли. Не понял? Лыжи надо было взять.
— Угу, — соглашаюсь я. — А еще лучше, аэросани. А лучше всего, вертолет.
— Точно!
