Голос

к выходу из отеля, усмехаясь себе под нос, он уже не видел.

По дороге в вестибюль Эрленд размышлял, как бы поделикатнее обсудить вопрос о воровстве с шеф-поваром. Но Марион разозлить умеет: как только Эрленду удалось увести повара в угол кухни, все его приличные манеры улетучились без следа.
— Воруем? — выпалил он без обиняков. — Все до единого, кто здесь пасется? Тащим все, что не привинчено к полу?
Шеф-повар уставился на Эрленда:
— О чем это вы?
— Я толкую о том, что, может быть, Деда Мороза прикончили из-за того, что он пронюхал о масштабном воровстве в отеле. Возможно, его пришили из-за того, что он знал, кто стоит за этим. Вы проскользнули в подвал и закололи его, чтобы он никому ничего не сболтнул. Как вам такая версия? И мимоходом грабанули его.
Шеф-повар не сводил с Эрленда ошеломленного взгляда.
— Чокнутый! — выдавил он наконец.
— Ну, так вы тырите продукты с кухни?
— С кем это вы поговорили? — серьезно спросил повар. — Кто вам лапши на уши навешал? Кто-то из местных?
— Вы сдали анализ слюны?
— Кто вам наплел такое?
— Почему вы отказывались открыть рот для анализа?
— Успокойтесь, анализ у меня взяли. Вы полный идиот, вот что я вам скажу. Брать слюну на анализ у всех, кто работает в отеле! Зачем? Выставить нас всех на посмешище?! А потом еще являетесь сюда и называете меня вором. Да я даже кочана капусты не унес с кухни! Ни разу! Кто оболгал меня?
— Если Дед Мороз узнал о вас нелицеприятные вещи, допустим, что вы подворовываете, могло так статься, что он принуждал вас оказывать ему кое-какие услуги, например, со…
— Заткнись! — заорал повар. — Это сутенер меня грязью облил?!
Казалось, он вот-вот набросится на Эрленда, уже придвинулся так близко, что их лица почти соприкасались. Его поварской колпак съехал на лоб, и полицейский смотрел на него снизу вверх.
— Так это был чертов сутенер? — шипел повар.
— Какой такой сутенер?
— Э-т-а-ж-и-р-н-а-я-г-а-д-и-н-а-д-и-р-е-к-т-о-р-о-т-е-л-я, — процедил повар сквозь зубы, не разделяя слов.
У Эрленда в кармане зазвонил телефон. Они смотрели друг другу в глаза — ни один не желал отступать первым. Наконец Эрленд достал телефон. Повар отпрянул, взбешенный до предела.
На проводе был начальник отдела криминалистики.
— Звоню по поводу слюны на презервативе, — сказал он.
— Ага, — обрадовался Эрленд. — Вам удалось определить хозяина?
— Нет, до этого еще далеко. С другой стороны, мы подробнее изучили состав слюны с презерватива и, помимо прочего, обнаружили наличие в ней табака.
— Табак? Ты говоришь о курительном табаке?
— Нет, скорее о прессованном, — сказали в телефоне.
— В смысле?
— Химическая смесь. Раньше его можно было найти в табачных лавках, а сейчас — не знаю. Возможно, в киосках, только я не уверен, разрешено ли до сих пор его продавать. Нужно это выяснить. Табак закладывают за губу, либо целиком, либо щепотками. Да ты наверняка о таком слышал.
Повар ударил ногой по дверце шкафчика и излил поток ругательств.
— А-а, ты говоришь о жевательном табаке, — дошло наконец до Эрленда. — В образце слюны с презерватива обнаружился жевательный табак, так?
— Точно, — подтвердил криминалист.
— И что это значит?
— Тот, кто был с Дедом Морозом, жует табак.
— Что мы можем отсюда извлечь?
— Ничего. Пока ничего. Просто хотел сообщить тебе об этом. И еще. Ты интересовался уровнем кортизола в слюне.
— И?..
— Немного. На самом деле в пределах нормы.
— О чем это говорит? О том, что обстановка была спокойная?
— Если уровень кортизола высок, значит, повышено кровяное давление вследствие напряжения или стресса. Тот, кто находился с убитым, был совершенно спокоен. Никакого стресса, никакого напряжения. Возможно, он дал себе слово ничего не бояться.
— До тех пор, пока чего-нибудь не произойдет, — добавил Эрленд.
— Да, пока чего-нибудь не произойдет, — подтвердил криминалист.
Эрленд попрощался с коллегой и убрал телефон в карман. Повар по-прежнему стоял и смотрел на него.
— Вы не знаете, кто тут в отеле пользуется жевательным табаком? — спросил он.
— Хватить нести чушь! — завопил повар.
Эрленд сделал глубокий вздох, закрыл лицо руками и устало помассировал его. Вдруг он представил пожелтевшие от табака зубы Генри Уопшота.

У стойки регистрации Эрленд спросил, где можно найти директора, и узнал, что того нет в отеле. Шеф-повар отказался дать объяснения по поводу якобы сутенерства э-т-о-й-ж-и-р-н-о-й-г-а-д-и-н-ы-д-и-р-е-к-т-о-р-а-о-т-е-л-я.