Голубая кровь

парень и насмешливо улыбнулся.
Шайлер несколько опешила. Она узнала молодого человека. Это был Джек Форс из их школы. Знаменитый Джек Форс. Один из крутых парней — капитан школьной команды по лакроссу, исполнитель главных ролей в школьном театре, автор отчетной работы о торговых пассажах, опубликованной в «Уайред»,

и такой красавчик, что у Шайлер не хватало духу смотреть ему в глаза.
Может, ей померещилось. Может, ей просто показалось, будто она видела, как он нырнул наперерез машине. Наверное, так оно и есть. Она просто устала.
— Я и не знала, что ты «шибанутый», — выпалила она, подразумевая поклонника стиля транс.
— Ничего подобного. Я вообще-то вон туда, — объяснил Джек, показав на соседний с дверью «Банка» вход, как раз в этот момент очень пьяная рок-звезда проводила туда через ограждение нескольких хихикающих фанаток.
Шайлер покраснела.
— А, ну да, прости. И как я не догадалась.
Джек дружелюбно улыбнулся ей.
— Почему?
— Что — почему?
— Почему ты извиняешься? Откуда тебе было это знать? Разве ты читаешь мысли? — спросил Джек.
— Может, и так. А может, сегодня день не задался.
Шайлер улыбнулась. Джек заигрывал с ней, и она заигрывала в ответ. Ну что ж, это был исключительно плод ее воображения. Джек не бросался наперерез машине.
Шайлер сильно удивило дружелюбие Джека. Большинство парней в Дачезне так много о себе воображали, что Шайлер и не смотрела в их сторону. Все они были одинаковые, со своими модными летними брюками «Дак хед» и тщательно культивируемым безразличием, со своими плоскими шутками и куртками для лакросса. Шайлер если когда и думала о Джеке, то лишь мельком: он учился на предпоследнем курсе и был обитателем планеты под названием Популярность, может, они с Джеком и ходили в одну школу, но дышали разным воздухом. А кроме всего прочего, сестрой-двойняшкой Джеку приходилась несносная Мими Форс, у которой в жизни была одна цель — опустить всех ниже плинтуса.
«Ты никак на похороны собралась?» «У тебя что, кто-то умер и оставил тебя бомжихой?» Примерно таковы были лишенные воображения шуточки Мими. Кстати, а где Мими? Они же с братом всегда были не разлей вода.
— Слушай, ты хочешь туда войти? — спросил Джек, улыбнувшись и продемонстрировав безукоризненно ровные зубы. — Я член клуба.
Прежде чем Шайлер успела ответить, рядом с ней материализовался Оливер. Откуда он только взялся? И как это у него получается? Оливеру присуща была способность появляться ровно в ту минуту, когда его вовсе не хотелось видеть.
— Вот ты где, дорогая! — произнес он с легким укором.
Шайлер моргнула.
— А, Олли! Ты знаешь Джека?
— Кто ж его не знает? — отозвался Оливер, подчеркнуто игнорируя Форса. — Крошка, ну ты идешь? — тоном собственника осведомился он. — Там, наконец, начали впускать.
Он указал на «Банк»: неиссякающий поток подростков в черном тек между колоннами с каннелюрами.
— Мне нужно идти, — словно извиняясь, произнесла Шайлер.
— Так скоро? — спросил Джек.
В глазах его заиграли огоньки.
— Недостаточно скоро, — добавил Оливер, угрожающе улыбнувшись.
Джек пожал плечами.
— До встречи, Шайлер, — сказал он, поднял воротник твидовой куртки и зашагал в противоположную сторону.
— Что-то много народу, — проворчал Оливер, когда они встали в очередь.
Он с раздраженным видом скрестил руки на груди.
Шайлер помалкивала, но сердце ее билось учащенно. Джек Форс знает, как ее зовут.
Они продвигались вперед черепашьим шагом, постепенно приближаясь к надменно взирающему на всех из-за бархатной веревки здоровенному трансвеститу с планшетом-блокнотом в руках. Клон Эльвиры-Повелительницы тьмы окидывал каждую группу испепеляющим взглядом, но никто не отводил глаз.
— Не забывай: если вдруг к нам прикопаются, просто не нервничай и мысли позитивно. Тебе надо хорошенечко представить, что нас впускают, ясно? — с жаром прошептал Оливер.
Шайлер кивнула. Они двинулись вперед, но вышибала преградил им путь. Он поднял здоровенную лапищу и прорычал:
— Документы!
Шайлер достала водительские права на чужое имя — но с ее фотографией. Руки у нее дрожали. Оливер достал такие же права. Шайлер прикусила губу. Теперь ее точно застукают и отправят за это в тюрьму! Но она помнила, что говорил Оливер. «Не нервничай. Держись уверенно. Мысли позитивно».
Вышибала сунул их права в какое-то инфракрасное устройство: устройство не запищало. Трансвестит приостановился, нахмурился, с сомнением посмотрел на Шайлер и Оливера и принялся изучать документы.
Шайлер попыталась