Голубая кровь

телевизор. Вот поднос с остатками ужина на тарелке, серебряная крышка небрежно сдвинута в сторону. Незаправленная постель, полотенца на полу.
— Ты уверена, что он назвал этот номер? — спросила Шайлер.
— Совершенно уверена, — кивнула Блисс.
— Как вы думаете, что произошло? — поинтересовался Оливер, оглядываясь по сторонам.
Найдя пульт дистанционного управления, он выключил телевизор.
— Дилан исчез, — прямо ответила Блисс.
Она помнила, что сказал ей Чарльз Форс. О Дилане позаботились, что бы это ни означало. Девушка почувствовала дрожь, пробежавшую по спине. Что, если они пришли слишком поздно, чтобы спасти его?
— Он сбежал, — предположил Оливер.
— Или кто-нибудь его выпустил, — добавила Шайлер.
Блисс молчала, с непонятным выражением на лице уставившись на недоеденный ужин. Шайлер сочувственно положила руку ей на плечо.
— Я уверена, что с ним все в порядке, где бы он ни был. Дилан — крепкий орешек, — напомнила она подруге. — А теперь давайте уберемся отсюда, пока кто-нибудь не решил, что это мы его выпустили.

Оно напало без предупреждения. Шайлер проклинала свою гордость. Она сама была во всем виновата. Оливер предлагал посадить ее в такси, но поскольку Шайлер и так задолжала ему немало денег, то отказалась. Проводник он или нет, она не хотела пользоваться его щедростью. Оливер и Блисс жили в нескольких кварталах от «Карлайла», и Шайлер сказала им, что без проблем доедет на городском автобусе. Она сошла с маршрута М-72 на перекрестке Семьдесят второй улицы и Бродвея и решила остальной путь пройти пешком. До дома было больше двадцати кварталов, но Шайлер хотелось прогуляться.
На углу Девяносто пятой улицы девушка свернула с ярко освещенного проспекта на темную улицу, намереваясь пройти по Риверсайд-драйв, и тут почувствовала «это».
В долю секунды оно схватило Шайлер. Она почувствовала, как острые клыки прокалывают кожу и как что-то начинает медленно вытягивать из нее кровь, а вместе с ней и жизнь. Голова закружилась, дыхание перехватило. Это смерть.
Ей только пятнадцать лет, она еще почти и не жила — и вот ей предстоит умереть. Шайлер попыталась вырваться из стальной хватки. Нет, все гораздо хуже, ведь бабушка говорила, что бывает после этого… она, Шайлер, будет жить. Будет жить в памяти этой мерзкой твари, пойманная в ловушку в безумном сознании, навеки.
Бьюти. Где Бьюти? Нет, на этот раз гончая не успеет спасти ее.
Боль была острой, Шайлер почти лишилась сознания от потери крови. Но прежде чем окончательно сдалась, она услышала крик.
Звук удара.
Кто-то сражался с тварью. Существо Серебряной крови выпустило Шайлер. Зажимая рану на шее, чтобы остановить кровь, девушка обернулась посмотреть, кто спас ее.
Джек Форс отчаянно сражался с напавшим. Тварь была массивна и высока, но, тем не менее, ее облик напоминал человеческий. Волосы ее сверкали серебром. Каким-то чудом Джеку удавалось противостоять чудовищу.
Он отвечал ударом на каждый удар существа, но, в конце концов, тварь Серебряной крови отшвырнула его прочь, с размаху ударив о бетонную стену.
— Джек! — закричала Шайлер.
Подняв взгляд, она увидела, что чудовище снова тянется к ее горлу. В этот момент ей вспомнились слова бабушки. Законы небес гласили, что любое существо повинуется священной речи.
Девушка с силой выкрикнула в лицо твари приказ:
— Аперио Орис!
«Открой свой облик!»
Существо Серебряной крови хрипло засмеялось и прошипело ужасным голосом, в котором звучала боль тысячи вопиющих душ:
— Ты не можешь приказывать мне, земное отродье!
И тварь угрожающе двинулась к девушке.
— Аперио Орис! — снова закричала Шайлер, вложив в приказ еще больше силы.
Джек, уже поднявшийся на ноги, отшатнулся прочь: в тот миг, когда Шайлер произнесла заклятие, заученные ею священные слова, монстр показал свое истинное лицо.
Это лицо Джек не мог не узнать.
Чудовище испуганно взвыло, вой перешел в пронзительный, ужасающий вопль, а потом тварь скрылась в ночи.
— Ты как? — воскликнула Шайлер, кидаясь к Джеку. — У тебя кровь идет.
— Просто царапина, — ответил тот, стирая кровь, которая, вытекая, была красной, но на свету становилась голубой. — Я в полном порядке. А ты?
Шайлер потрогала шею сбоку. Кровотечение уже остановилось.
— Откуда ты узнал? — спросила она.
— Что он нападет на тебя? Потому что он уже нападал, так что я понимал, что он сделает это снова. Убийцы, как правило, возвращаются, чтобы закончить начатое.
— Но почему…
— Я не хотел,