Голубая луна

была любопытная. У нас с Ричардом бывали моменты, во время которых я умоляла его остаться на ночь. Чтобы заняться любовью. Он отказывался, так как считал это неправильным, пока я не увижу, как он перекидывается в волка. Я должна была суметь принять весь набор целиком. Но когда этот набор, капая кровью, извивался на мне, принять его у меня не получилось. Но теперь я думала – что если отчасти его нерешительность объяснялась страхом причинить мне боль? Вполне возможно.
Я тряхнула головой. Сейчас это не имеет значения. Дело. Если хорошенько сосредоточиться, то мы не упустим след. Мы здесь, чтобы вытащить его из тюрьмы, а не выяснять, почему мы расстались.
– Нам бы не помешала помощь с багажом, – окликнул нас Джейсон.
У него было по два чемодана в каждой руке. Зейн и Шерри тащили гроб. Натаниель полу-возлежал на втором гробу. Он снял футболку, распустил волосы, скрестил руки на груди и закрыл глаза. Не знаю – то ли он прикидывался неживым, то ли просто загорал.
– Маленькая такая помощь, – сказал Джейсон и пнул остальной багаж: оставшиеся без внимания ещё два чемодана и большой дорожный сундук.
Я подошла к ним.
–Господи, только один из этих чемоданов мой. А остальное чьё?
Зейн и Шерри осторожно опустили гроб на землю.
– У меня тоже всего один чемодан, – сказал Зейн.
– А у меня три, – сказала Шерри. В голосе промелькнуло смущение или мне показалось?
– Ну, и чей тогда сундук?
– Жан-Клод послал, – ответил за всех Джейсон. – На всякий случай, если встретимся с местным Мастером. Он хочет, чтобы мы выглядели впечатляюще.
Я нахмурилась и посмотрела на сундук.
– Пожалуйста, скажите, что там нет ничего, что по идее Жан-Клода я должна буду надевать.
Джейсон ухмыльнулся. Я покачала головой.
– Даже видеть не хочу.
– Может быть, тебе повезет, – съязвил Джейсон. – И вместо этого они просто попытаются тебя убить.
Я нахмурилась и посмотрела на него.
– Ты – ну просто копилка радужных перспектив.
– Работа такая, – ответил он скромно.
Натаниель, наконец, открыл глаза, повернулся ко мне, разглаживая обнаженный живот, и предложил:
– Я могу поднять гроб один, но за него не удобно ухватиться, так что мне нужна помощь.
– Не сомневаюсь, – сказала я.
Он моргнул и поднял руку, чтобы прикрыть глаза от солнца. Я подошла к нему и полностью закрыла собой солнце, чтобы он мог смотреть не прищуриваясь. Он улыбнулся.
– И что еще за гробовой загар? – спросила я.
Его улыбка потускнела, а потом и вовсе исчезла.
– Это сцена из Склепа, – пояснил он так, будто это что-то объясняло. На самом деле – нет.
– О чем ты?
Он приподнял только голову и плечи, так, словно делал упражнения на пресс. От усилия у него напряглись и привлекательно выделились мышцы на животе.
– Ты так и не смотрела мои фильмы?
– Прости, – сказала я.
Он сел нормально, привычным движением рук приглаживая волосы. Быстрым движением он собрал волосы серебряной заколкой, и откинул свой роскошный хвост цвета красного дерева за спину.
–Я думала, что серебряные украшения жгут кожу ликантропа, – заметила я.
Он тряхнул волосами так, чтобы серебряная заколка касалась шеи.
– Так и есть, – сказал он.
– Похоже, немножко боли заставляет крутиться твой мир.
В ответ он только посмотрел на меня своими необыкновенными глазами. Ему было только девятнадцать, но взгляд у него был намного, намного старше. На бархатной коже не было ни одной морщинки, но в глазах поселились тени, которые уже никогда не исчезнут. Пластическая операция для души – вот что ему нужно. То, что снимет с него тяжкий и ужасный груз знания, сделавшего его таким, какой он есть.
Под менее ужасным грузом чемоданов до нас доковылял Джейсон.
– Один из его фильмов про вампира, который влюбился в невинного человека.
– Ты его видел, – сказала я.
Он кивнул.
Я покачала головой и подняла чемодан.
– Ты пригнал машину? – спросила я Джамиля.
– Фургон, – кивнул он.
– Отлично. Бери чемоданы и показывай, куда идти, – сказала я.
– Я не носильщик.
– Если все займутся делом, мы загрузимся в два раза быстрее. Я хочу как можно скорее увидеть Ричарда, так что возьми что-нибудь и хватит разыгрывать из себя чертову примадонну.
Джамиль долго смотрел на меня, похоже, медленно считал про себя, и наконец ответил:
– Когда Ричард найдет другую лупу, мне не придется терпеть, пока ты мешаешь меня с дерьмом.
– Договорились, а пока – давай двигай. Кроме того, никто не мешает тебя с дерьмом, Джамиль. А вот когда я решу это сделать, ты сразу поймешь.
Он фыркнул, натянул пиджак и взял сундук. Чтобы поднять