Голубая луна

мне только понять, что я нахожусь там, где ни разу до этого не была, меня, подобно воде, тут же наполнило напряжение. Я услышала, что рядом кто-то есть, и от этого уровень напряжения поднялся еще на одно деление. Попытавшись лежать тихо, я знала, что мое дыхание все равно изменилось. Будь это люди, они бы скорее всего не заметили, но последнее время вокруг меня было не много людей.
– Анита, это Дамиан.
Повернувшись на правую сторону, я почувствовала боль. Правая рука от кисти до середины предплечья была забинтована. Болело не сильно, но я никак не могла вспомнить, как повредила руку. Вампир сидел на стуле у двери. В темноте его длинные красные волосы выглядели странно, бледно-коричневыми. На нем был жилет и брюки от красивого, наверняка сшитого на заказ, делового костюма. Костюм мог быть черным, синим или даже темно-коричневым. На фоне темной одежды бледная кожа почти светилась.
– Сколько времени? – спросила я.
– Здесь только ты носишь часы, – ответил он.
Подняв левую руку к лицу, я нажала на маленькую кнопочку, чтобы осветить циферблат. Из-за темноты показалось, что подсветка ярче, чем должна быть.
– Боже, больше одиннадцати. Я отключилась на несколько часов, – я откинулась на подушки. – Вам никому не пришло в голову, что меня бы неплохо отвезти в больницу?
– Солнце зашло чуть больше двух часов назад, Анита. Не знаю, какие решения они тут приняли. Когда мы с Ашером проснулись, мы были здесь в подвале. Мы поели, и я сменил у твоей постели Ричарда.
– А где Ричард?
– Думаю, в здешнем лупанарии. Но не уверен.
Я посмотрела на него. Он показался мне отстраненным от всего происходящего.
– И ты ни о чем не спрашивал?
– Мне велели оставаться здесь и хранить твой покой. Что еще мне нужно знать?
– Ты не раб, Дамиан. Ты можешь задавать вопросы.
– Мне досталось сидеть тут в темноте и смотреть, как ты спишь. На что еще может рассчитывать твой ручной вампир? – спросил он резко.
Я села, стараясь двигаться медленно, так как мир вокруг продолжал качаться.
– Что ты хочешь этим сказать?
Я попыталась опереться спиной на деревянную спинку кровати, но поняла, что нужно подложить подушки. Попытавшись подпихнуть их под себя правой рукой, я опять почувствовала боль. Банальную острую боль.
– Я помню, что меня ударила Люси, но что с моей рукой?
Опершись коленом на постель, Дамиан помог мне подложить под спину подушки. И даже нашел еще одну, чтобы удобно расположить мою правую руку.
– Ричард сказал, что Люси пыталась вырвать тебе руку.
Подобная информация заставила меня похолодеть и почувствовать страх.
– Господи, оскорбленная женщина…
– Так с подушками лучше? – спросил он.
– Ага, спасибо.
Поднявшись на ноги, он уже собрался вернуться на стул к двери, когда я попросила:
– Не надо, – и протянула ему руку.
Он взял ее. Его кожа была совсем теплой, а ладонь – чуть влажной. Вообще-то вампиры могут потеть, но делают это крайне редко. Сжав его руку, я посмотрела ему в глаза. Лунный свет был достаточно ярким, чтобы разглядеть его лицо. Его кожа была бледной, почти светящейся. А необыкновенные зеленые глаза в свете луны казались текучей тьмой. Потянув за руку, я заставила его сесть рядом с собой.
– Ты сегодня питался, иначе у тебя была бы холодная кожа, так откуда пот?
Отняв у меня руку, он отвернулся.
– Ты не хочешь этого знать.
– Нет, хочу.
Коснувшись кончиками пальцев его подбородка, я повернула обратно его голову.
– Что не так?
– Разве у тебя самой недостаточно проблем, чтобы волноваться еще и о том, что беспокоит меня?
– Скажи, в чем дело, Дамиан. Я правда хочу знать.
Он глубоко и почти судорожно вздохнул.
– Вот, теперь ты это сделала. Прямой приказ.
– Говори, – повторила я нетерпеливо.
– Сидеть здесь и смотреть, как ты спишь, было для меня счастьем. Думаю, если бы Ричард знал, насколько, он бы выбрал для этого Ашера.
Я нахмурилась.
– Не совсем поняла…
– Ты тоже это чувствуешь, Анита. Не так сильно, как я, но чувствуешь.
– Чувствую что, Дамиан?
– Это.
Он поднес руку к моему лицу, и мне тут же захотелось зарыться лицом в его кожу. Меня мгновенно охватила острая потребность затащить его на кровать и уложить рядом с собой. Не обязательно для секса, просто чтобы его касаться. Чтобы касаться руками этой бледной кожи, купаться в силе, которую источала его плоть.
Я с трудом сглотнула и отстранилась от его руки.
– Что происходит, Дамиан?
– Ты некромант, а я – живой мертвец. Ты уже дважды меня поднимала. Один раз – из гроба, и второй – почти из-за самой границы истинной смерти. Ты вылечила