Голубая луна

просто не поймет, если с нами будет кто-то не из семьи, – возразил Ричард.
– Не разыгрывай передо мной маменькиного сынка, Ричард. На один вечер с меня хватит Дэниела. Объясняй это ей как хочешь, но без охраны ты отсюда не уйдешь.
Он смотрел на меня сверху вниз, и его красивое лицо стало серьезным, почти надменным.
– Я Ульфрик, Анита. Не ты.
– Ага, ты Ульфрик, Ричард. Ты главный, отлично, ну так делай свою работу правильно.
– Что это еще значит?
– Это значит, что если плохие парни встретят тебя сегодня, то они не станут выяснять, собираешься ли ты завтра уехать. А один из них может вообще поторопиться и попытается тебя покалечить.
– Без серебряных пуль им меня не убить.
– И как ты собираешься объяснять своей матери, почему ты выжил после выстрела в грудь? – поинтересовалась я.
Он оглянулся на родственников.
– Бьешь прямо в глаз, да?
– Экономит время, – кивнула я.
Он повернулся ко мне. От гнева его глаза потемнели, черты лица обострились.
– Я от тебя без ума, Анита, но иногда даже я тебя недолюбливаю.
– Ты не меня недолюбливаешь, Ричард, не в этом случае. Просто ты в ужасе, что если Любимая Мамочка узнает, что ты оборотень, она решит, что ты монстр.
– Не называй ее так.
– Прости, – сказала я. – Но все равно это так. Я думаю, ты недооцениваешь Шарлотту. Ты ее сын, и она тебя любит.
Он покачал головой.
– Все равно не хочу, чтобы она знала.
– Ради бога, только выбери себе охрану. Почему бы не сказать маме, что это на случай, если полиция начнет создавать проблемы? Это же правда.
– Ну да, практически, – отозвался Ричард.
– Лучшая неправда – это всегда неполная правда, Ричард.
– Ты в этом преуспела намного лучше, чем я, – сказал он.
Я попыталась услышать в его словах гнев, но его не было. Просто констатация факта, который оставил его глаза пустыми и печальными.
Извиняться мне надоело, так что я и не стала.
– Вы поедете на их машине, так что я могу вернуться на джипе?
Он кивнул.
– Я возьму с собой Шанг-Да. Он не очень тебя любит.
– А я думала, он подобрел после сегодняшней драки около участка, – сказала я.
– Он все равно считает, что ты меня предала, – ответил Ричард.
Я даже пытаться не стала касаться этой темы.
– Ладно, я забираю Джейсона и Джамиля. Эти двое дадут мне пару уроков вервольфьего этикета.
– Джейсон тут особо не поможет. Он никогда не жил в здоровой стае.
– Как это? – переспросила я.
– А так – наша старая лупа была такой сукой-садисткой, что мы все друг друга боялись. В нормальной стае связи между ее членами более тесные, они ближе друг к другу.
– Насколько тесные?
Он улыбнулся, почти грустно.
– Поговори с Джамилем. Он расскажет и тебе, и Джейсону.
Похоже, он уже думал об этом.
– А как насчет верлеопардов и вампиров?
– Я спрашивал Верна. Сегодня вечером они наши гости.
– Одна большая счастливая семья, – прокомментировала я.
Ричард посмотрел на меня долгим изучающим взглядом. Понадобилась вся моя выдержка, чтобы встретить такой взгляд и не отвести глаза.
– Могла бы быть, Анита, могла бы.
С этим он повернулся и направился к матери и брату.
Я смотрела ему в спину и не была уверена, как воспринимать его последние слова. Раньше я удивлялась, почему он на меня запал, но после встречи с его матерью, поняла. Мне понадобилось три воскресных обеда, чтобы понять, почему мы с Шарлоттой по любому вопросу либо были на одной стороне, либо – настаивали на абсолютно противоположных точках зрения. Мы были слишком похожи. В семье, как и в стае, может быть сколько угодно альф, пока они не перегрызутся меж собой. В настоящий момент женат был только один брат Ричарда – Гленн, его супруга и Шарлотта регулярно сталкивалась лбами. Аарон был вдовцом. Говорят, схватки между Шарлоттой и женой Аарона были просто эпическими. Все они женились на ком-нибудь типа своей мамочки. Жена Гленна, даром что чистокровная навахо, до сих пор была миниатюрная и жесткая. Мужчины Зееманы, похоже, питали слабость к маленьким и крутым.
Беверли, как единственная дочка и самая старшая, была чудесно доминантна. Если верить Гленну и Аарону, Беверли с Шарлоттой с трудом пережили подростковые годы первой. Бев уехала в колледж, вышла замуж, и сейчас носила своего пятого ребенка. У нее было уже четверо мальчишек, и это была последняя попытка родить дочку.
Я уделяла столько внимание семье Ричарда, так как думала, что они станут и моей семьей. Теперь это вряд ли произойдет. Ну да ладно. Мне хватало проблем и со своей собственной семьей. Кому нужна еще и вторая?

Все