Наше топливо – Вера. Среди голых тел, Где каждый без меры стреляет в людей. Плацдарм обнажён, и не выбрать нам, Кто арийцем рождён, а кто вышел не там. Болью калится печь, агнец воет в трубу, В ней ты должен сгореть, несмотря на мольбу… У тебя есть мечты. У меня только — ты. Умереть или жить?.. Мы у общей черты.
Авторы: Другая Елена
числе и тебе, ничего не остается, как смириться!
— Слушаюсь, господин офицер, — тихим, кротким голосом покорно отозвался Равиль. — Можно вопрос? Я хотел еще раньше спросить.
— Можно.
— Вы играете в шахматы?
У Стефана отвисла челюсть. Нет, не сам вопрос поверг его в шок, а ассоциации, связанные с Маркусом и с тем, что у них было.
— А к чему этот вопрос? — осторожно поинтересовался Стефан, чувствуя, как его улыбка расплывается еще шире. — Зачем спросил? И как узнал, что я играю?
— Очень просто. Там, на полке, у вас лежит шахматная доска с фигурами. Вот я и решил поинтересоваться, господин офицер.
— Предположим, играю, — хищно прищурился Стефан. — И что с того? К чему вопрос?
— Я тоже играю, и неплохо.
Стефан едва не расхохотался. Он проигрывал только профессионалам. То, что какой-то мальчишка заявил, что способен создать ему конкуренцию, показалось смешным и нелепым.
— Но все равно, ты же преследуешь какие-то свои определенные цели? — продолжал допытываться он.
— Да, — коротко признался Равиль.
Парень уже отбросил всякое смущение и страх и смотрел немцу прямо в глаза, вызывая на поединок. Стефана это позабавило.
— И какие же? Давай, угадаю? Ты мне предлагаешь игру на желание?
— Если вы согласитесь, господин офицер, — тихо ответил Равиль и опустил взгляд.
— И на какое же?
— Сначала вы, господин офицер.
Ух! Стефан внезапно так разволновался, что заметался по спальне. Вот это да. Ну и нахал! Предложить ему такое… Так, чтобы захотеть… Стефан знал, Равиль будет пытаться спасти Сару, для этого все и было затеяно. Однако он и сам не собирался продешевить.
— Хорошо, — с наигранным равнодушием отозвался он. — Если я выиграю, ты сам, добровольно, будешь делать мне минет каждое утро. Ты знаешь, про что я говорю, и что такое минет?
Ничего более хитроумного ему в голову не пришло, на данный момент это являлось пределом его желаний. Равиль вскинул взгляд и ответил с вызовом, словно отрезал:
— Знаю!
— Откуда? — иронично поинтересовался Стефан. — Тебе еще не положено знать такие вещи. Или есть опыт?
— Я слышал, — невозмутимо ответил Равиль. — Значит, в нашем случае речь идет о желаниях, которые будут исполняться регулярно?
— Смотря какие. Что же ты хочешь, если выиграешь?
— Я хочу… Один раз в неделю свидание со своей сестрой.
— И всего-то? — изумился Стефан. — А как же Сара? Сгорит в печке? За минет видеть сестру, и все?
— Нет, но я думал, что у вас могут быть еще желания…
Взгляд немца просиял непритворным интересом.
— Могут быть. Ты будешь ложиться со мной добровольно и терпеть все, что бы я с тобой ни захотел сделать.
— Хорошо, — кивнул Равиль.
Видно было, что он не обдумывал и не пропускал сейчас через свою душу желания офицера, просто тупо соглашаясь на них и не оценивая последствий.
— А с твоей стороны? — спросил Стефан.
— Я хочу, что бы мы все: Карл, Эльза, я, Сара и Данко — остались живы. Чтобы вы никого из нас не убили.
Как ловко! Равиль все провернул так, будто бы, кроме Сары, ему было дело до остальных слуг.
— Итак, — подвел итог Стефан. — Если выигрываю я, то ты отсасываешь у меня каждое утро и добровольно ложишься со мной в постель вечером. При этом я не гарантирую то, что вы все, кто в моем доме, не умрете от моей руки. Если выигрываешь, будешь видеться с сестрой, а я каждый раз беру тебя силой и не убиваю любого из слуг, когда мне вздумается. Согласен?
— Согласен, — неохотно ответил Равиль, отлично понимая, что он все равно оказался в западне, так как вся сила и власть находились в руках ненавистного фашиста.
— Расставляй!
Равиль взял с полки доску и ловко расставил фигуры.
— Где научился играть? — спросил Стефан, закуривая.
— В магазине моего отца был шахматный столик. Я помогал ему в делах и иногда играл с покупателями.
Стефан не сомневался, что Равиль принадлежал к зажиточной еврейской семье. Еще бы! Такие утонченные манеры и нежные руки! Но Ребекка, как он заметил, почему-то была совсем другой, будто бы они выросли в разных условиях. На будущее, при случае, он решил расспросить юношу более подробно о его детстве и родителях.
Далее происходило что-то завораживающее и нереальное. Стефан совершенно забыл о встрече с Отто Штерном и о вечеринке с дамами. Все его помыслы сосредоточились на этой игре. Равиль не обманул. Играл он великолепно. Четыре часа они в полном молчании ходили по спальне вокруг тумбочки, на которой стояла шахматная доска, не пили, не ели, совсем ни на что не отвлекались. Стефан обратил внимание на то, каким же был красивым его еврейчик, сосредоточенный и одержимый
