Наше топливо – Вера. Среди голых тел, Где каждый без меры стреляет в людей. Плацдарм обнажён, и не выбрать нам, Кто арийцем рождён, а кто вышел не там. Болью калится печь, агнец воет в трубу, В ней ты должен сгореть, несмотря на мольбу… У тебя есть мечты. У меня только — ты. Умереть или жить?.. Мы у общей черты.
Авторы: Другая Елена
время Стефан сидел над книгой, вцепившись пальцами в свои седые волосы. Потом он решительно поднялся и вышел из кабинета. Карл играл во дворе с Данко. Раздавался веселый и заливистый смех мальчишки. Эльза и Равиль хозяйничали на кухне над лепешками. Стефан заглянул и тихо прошел мимо. Он знал, где мог сейчас найти Сару.
Мужчина стукнул кулаком в дверь, ведущую в комнату своих служанок, а потом зашел, испытав вдруг неожиданное смущение. Ведь он никогда еще здесь не был. Стефан обвел взглядом комнату. А дамы совсем неплохо тут расположились! Окна украшали вышитые занавески, на полу лежал коврик ручной работы, сплетенный из лоскутков, а на единственной тумбочке в простой стеклянной банке стояли бумажные цветы.
И Сара, белее, чем мел, обмирая от ужаса, вжималась в стену у окна своими острыми от худобы лопатками.
Стефан мягкой поступью, затаив дыхание, словно зверь, выслеживающий свою добычу, приблизился к ней. Медленным движением руки он провел по ее, с виду под просторной одеждой незаметному, но уже выпуклому и твердому животу. Она содрогнулась, колени девушки подогнулись, Сара была готова упасть и смотрела на него с такой мольбой, что он впервые в жизни он не выдержал и отвел взгляд.
Стефан обхватил ее за талию рукой и прижал ее животом к своим чреслам, сильно и властно, наклонил к ней голову и стал искать ее рот, в жажде поцелуя. Она, хоть и дрожала от ужаса, словно в предсмертной лихорадке, но поддалась, разомкнула губы и допустила в себя язык офицера. Какая же она была худая! Теперь Стефан понимал, почему Сара морила себя голодом — чтобы как можно дольше скрывать беременность. Своими бедрами он ощущал ее живот и то, как плод, находящийся в ней, вдруг обеспокоенно шевельнулся, а в ответ ему, словно во грех, шевельнулся член мужчины. Он продолжал жадно пить ее вкус и покусывать губы девушки, поглаживать хрупкую спину, которую, как казалось, мог переломить одной рукой… Неожиданно возникшая эрекция Стефана стала мощной и невыносимой. Низ живота сладостно скрутило, погнав жар по венам, пока он продолжал терзать губы беременной служанки своими жесткими и такими безжалостными губами. Вскоре мужчина насытился, осторожно отодвинул Сару от себя и тихо спросил:
— Кто связал этот коврик?
— Что? — в полном замешательстве произнесла она в ответ, не понимая, при чем тут коврик, когда решалась судьба ее ребенка и ее самой, и она была уже почти мертва.
— Я хочу такой же, — с торжественной насмешкой оповестил Стефан. — Постелю его у себя в ванной, ведь у меня там голый пол. Так кто вязал?
— Я…
Сара дрожала, девушку колотило в неистовом ознобе, она не могла сейчас связать и двух слов.
— Вот и отлично!
Стефан со вздохом сожаления повернулся к ней спиной и покинув комнату, медленно прошел на кухню. Находящиеся там Равиль вскочил с табуретки на ноги, окатив его таким испуганным и от этого еще более пленительным взглядом. Эльза стояла у плиты и жарила лепешки. Они замерли в ожидании его жестокого приговора.
— Эльза, ты сможешь, в случае чего, принять роды? — спокойно спросил Стефан.
Комментарий к 27. Женщины Стефана Краузе. * – Женщина, убийца детей, – реальный персонаж. Имя и историю этой гадины, кому интересно, можете гуглить сами, а у меня, извините, нет никакого желания.
====== 28. Счастье есть. ======
— У меня, похоже, здесь Ноев ковчег! — дрожащим от злости голосом вычитывал Стефан Равилю, который уже почти час стоял перед ним, переминаясь с ноги на ногу. — Каждой твари по паре! Два немца, два еврея, теперь еще скоро к цыганенку прибавится младенец. Осталось только в пару к собаке завести кошку, и можно плыть прямо в ад. Вы сделали из меня форменного идиота, и я до бесконечности иду у вас на поводу. Слуги мои, оказывается, так хорошо живут, что начали плодиться и размножаться. Я устроил для вас еврейский Эдем. Никаких забот! Приносите в подоле и рожайте себе на здоровье и мне на радость. Дом большой, всем места хватит. Нашли дурака и пользуетесь этим. Выгоню всех к черту за ворота, и идите, куда хотите, ройте себе могилы.
— Стефан, хватит, — простонал Равиль утомленно. — Никто не виноват, что так вышло. Сара говорит, что сама не знала о своем положении.
— Ха-ха! — прогремел Стефан в ответ. — И откуда интересно берутся дети? Наверно это великая тайна, что когда мужчина засовывает хуй женщине в одно место, от чего наступает беременность! Может и тебе объяснить, Равиль, ты тоже не знаешь? Про пестик и тычинку, гнездышко и птичку, — Краузе сопровождал свои слова весьма живописной жестикуляцией, — про член и влагалище? Говори, негодяй, это ты ей вдул?
— Не я, — стонал сквозь зубы Равиль.
Он смертельно устал от этих разговоров. Стефан вымещал на нем
