Голубоглазый дьявол

— огрызнулась я.
Он покачал головой, как будто говорил с маленьким раскапризничавшимся ребенком.
— Хорошо. Господи. У меня есть кое-какие твои вещи. Я просто хочу их отдать.
— Что за вещи?
— Шарфик, кошелек… и тот очаровательный браслетик, который достался тебе от тети Гретхен.
При разводе я настаивала, чтобы мой адвокат просил возвращения браслета, но Ник утверждал, что потерял его. Я, конечно, знала, что это не так. Шанс вернуть браслет назад вызвал у меня приступ тоски. Этот маленький кусочек моего прошлого очень много значил для меня.
— Отлично, — я постаралась говорить как можно небрежнее, — Где он?
— У меня в номере. Давай завтра встретимся, я принесу его тебе.
— Просто пришли мне это.
Он улыбнулся.
— Нельзя получить что-то, ничего не дав взамен, Хэвен. Ты получишь свои вещи, включая браслет, но для этого мы должны встретиться. Мы просто поговорим. В общественном месте, если это то, чего ты хочешь.
— Все чего я хочу от тебя, это чтобы ты убрался.
Я подумала о том, когда же появится Харди. Вероятно в любой момент. Кто знает, что тогда произойдет. Капельки пота стекали по моей спине, заставляя ткань прилипнуть к коже.
— Я кое-кого жду, Ник, — и тут же поняла, что зря это сказала. Вместо того, чтобы заставить его уйти, это гарантировало, что он останется. Ник захочет посмотреть на этого человека.
— Ты же сказала, что ни с кем не встречаешься!
— Ну, а теперь встречаюсь.
— И давно вы знакомы?
Я холодно посмотрела на него и не ответила.
— Он знает обо мне? — с нажимом спроси Ник.
— Он знает, что я в разводе.
— Вы уже трахались? — его тон был мягок, но во взгляде сквозили презрение и гнев.
— Ты не имеешь права спрашивать об этом.
— Возможно, он будет удачливее меня и сумеет тебя разморозить.
— Возможно, он уже сумел, — выпалила я, удовлетворенно наблюдая, как его глаза вспыхнули от удивления и ярости.
Я заметила какое-то движение…В дверном проеме показалась высокая худощавая фигура Харди. Он замер на мгновение, оценивая ситуацию. Его прищуренный взгляд остановился на Нике.
Я знала, что Харди сразу понял, кем был мой посетитель. Понял по тяжелой, гнетущей атмосфере и моей бледности. Я никогда не сравнивала этих двоих мужчин. Но сейчас, находясь с ними обоими в одной комнате, невозможно было этого не сделать. Объективно говоря, Ник был красивее, с более изящными и тонкими чертами. Но в сравнении с грубоватой первобытной красотой Харди и его уверенностью в себе, Ник выглядел незрелым. Инфантильным.
Ник уставился на Харди, явно сникнув, и слегка попятился. Это был не тот Ник, которого я знала до того. Мой бывший муж всегда чувствовал себя выше других – и я никогда не видела его таким испуганным. Это потрясло меня, Харди – сильный и закаленный, мужчина высшей пробы был подлинной версией того, кем Ник всегда пытался казаться. Именно потому, что Ник в глубине души всегда знал, что как человек он ничтожество, его охватывали вспышки гнева, жертвой которых я имела несчастье быть.
Харди шагнул в квартиру и без колебаний подошел ко мне, отодвинув Ника. Я затрепетала, когда он приобнял меня одной рукой, взгляд его темно-синих глаз смущал.
— Хэвен, — тихо произнес он.
Звук его голоса, казалось, разомкнул тесный обруч вокруг моей груди – я и не знала, что престала дышать. Я вздохнула. Он обнял меня чуть крепче, и ощущение исходившей от него энергии пронзило меня как электрический ток.
— Вот, — сказал Харди, что-то настойчиво вкладывая в мою руку. Я глянула вниз. Цветы. Великолепный взрыв красок, благоухающий в хрустящей обертке.
— Спасибо, — выдавила я из себя. Он слегка улыбнулся.
— Иди, поставь их в воду, дорогая, — и затем, к моему ужасу, я почувствовала, как он погладил меня пониже спины, прямо перед Ником. Классический мужской сигнал – «она моя».
Я услышала, как мой бывший муж часто задышал. Коротко взглянув на него, я увидела, как краска гнева заливает его лицо. Было время, когда этот поток ярости означал бы для меня невыразимое страдание. Но больше этого не повторится.
Я чувствовала странную смесь эмоций…беспокойную дрожь в коленках при виде гнева Ника…приступ болезненного раздражения на Харди…но главным образом – триумф, оттого, что как бы ужасно не хотел Ник наказать меня, он не мог. И хотя мне никогда не нравился особо тот факт, что Харди так внушителен физически, сейчас я этим упивалась. Поскольку только одна вещь могла заставить драчуна Ника уважать себя – еще больший драчун.
— Что привело Вас в Хьюстон? — небрежно спросил Харди, когда я пошла к раковине.
— Собеседование при приеме на работу, — услышала я приглушенный голос Ника, — Я Ник Таннер, бывш…