Горный цветок

по поводу вашей сестры.
— Я не нуждаюсь ни в чьем разрешении, чтобы пойти куда бы то ни было. Ни капитан Монтгомери, ни вся его армия не имеют никакого права указывать мне, что я могу или не могу делать.
— Но он считает, что у него есть такое право. Мужчины, как я хорошо знаю по опыту, всегда берут что хотят и делают что хотят, нисколько не считаясь при этом с желаниями женщины.
— Капитан Монтгомери не такой. Он образованный, разумный человек, он поймет, когда я объясню ему, что мне нужно уйти, и уйти одной.
В ответ Эдит расхохоталась и, отвернувшись, пробормотала себе под нос:
— А если он окажется не слишком разумным, у нас всегда найдется для него опиум.

По прямой до следующего городка, где Мэдди предстояло петь, было не более пятнадцати миль, но дорога оказалась просто ужасной. Мэдди ехала в карете, и ее постоянно кидало из стороны в сторону, так что она поминутно подпрыгивала на жестком сиденье и стукалась головой, спиной и коленями о стенки. Капитан Монтгомери предложил ехать верхом, но она высокомерно отклонила его предложение. Эдит после часа такой езды предпочла идти пешком и вышла. Мэдди, однако, осталась в карете. Она была уверена, что, если пойдет пешком, капитан будет ехать рядом и посмеиваться. Она приходила в настоящий ужас при мысли, что он может упомянуть о ее вчерашнем поведении. Вновь и вновь Мэдди повторяла про себя слова, которые ему скажет, если он об этом заговорит. Каждая приготовленная фраза была рассчитана на то, чтобы дать мгновенный отпор, чего он, несомненно, заслуживал. Несколько раз она пожалела, что не оставила в его теле все колючки, и два раза вспомнила, как касалась рукой его сильных мускулистых ног.
Вскоре после полудня карету пришлось остановить, так как путь им преградил приток реки Колорадо. Фрэнк подошел сказать, что ей лучше выйти, так как при переправе карета может перевернуться. Оперевшись на руку Фрэнка, Мэдди грациозно спрыгнула с высокой ступени и начала взбираться по изрытой глубокими колеями тропе.
Достигнув вершины холма, она повернулась и взглянула вниз, туда, где мужчины пытались перетащить карету через скалы и воду. Внезапно карета застряла в скалах, и Мэдди увидела, как капитан Монтгомери спрыгнул с коня, снял рубашку и, бросив ее внутрь кареты, пошел помогать Сэму повернуть огромное колесо.
— Красивый мужчина, не правда ли? — послышался позади нее голос Эдит.
Мэдди не ответила. Она была просто не в силах оторвать взгляд от широкой загорелой спины капитана.
— Прямо зубки чешутся, а?
— Тебе что, нечего делать? — резко спросила Мэдди, и Эдит, бросив на нее сердитый взгляд, отошла.
Мэдди думала воспользоваться остановкой, чтобы немного размяться, но ноги словно приросли к земле, и она осталась стоять где стояла, следя за каждым движением капитана Монтгомери. Она видела, как перекатывались под кожей его мускулы, когда он давил на колесо, и затаила дыхание, заметив, как напряглись мышцы ног, когда он толкнул колесо вперед. Один раз он остановился и посмотрел наверх, прямо на нее, словно ему было известно, что она за ним наблюдает. Мэдди быстро отвернулась, но он успел перехватить ее взгляд.
Когда карету наконец переправили через реку, капитан Монтгомери повернулся и махнул ей, чтобы она спускалась. Сделав вид, что не заметила его жеста, она посмотрела в сторону и углубилась в лес.
Не прошло и нескольких минут, как ‘Ринг уже был подле нее на своем коне и по-прежнему без рубашки.
— Я приехал, чтобы перевезти вас на тот берег.
Мэдди была так занята наблюдением за ним, когда стояла на холме, что ни разу даже не подумала о том, как переберется на противоположный берег.
— Благодарю вас, я справлюсь сама.
— Вы не можете перейти эту реку вброд. Там слишком глубоко, дно скользкое, а вода холодная.
— Похоже, вас холод нисколько не беспокоит, — проговорила она, бросив на него взгляд искоса.
Монтгомери продолжал ехать рядом.
— Что случилось с вами этим утром? Вчера вы, можно сказать, не могли от меня оторваться, а сегодня не желаете и близко подходить.
Мэдди обернулась и взглянула на него с такой яростью, что Баттеркап даже попятился.
— Вы нагоняете страх на моего коня, — попытался он обратить все в шутку и, когда она не ответила, вздохнул. — Что бы я ни натворил на этот раз, Мэдди, прошу меня простить. Я совсем не хотел…
— Пожалуйста, называйте меня мисс Уорт. Я пока еще не давала вам разрешения звать меня Мэдди.
— О черт, — пробормотал ‘Ринг сквозь зубы и, наклонившись, схватил ее под мышки и оторвал от земли. — Все вас ждут.
— Сейчас же меня пустите! Вы причиняете мне боль. Я сама дойду до кареты.
— Я говорил уже, что вы не сможете перейти