Горный цветок

Она нашла Эдит и потребовала, чтобы та нагрела воды и приготовила ванну. Эдит заворчала было, что на дворе ночь и пора спать.
— Поэтому-то и нужна ванна, — перебила ее Мэдди, и до Эдит наконец дошло, в чем дело.
Она вышла, бормоча, что наступил конец света, раз уж ее величество решила провести ночь с мужчиной, но воду на огонь поставила. Вымывшись в огороженном одеялами углу, Мэдди вернулась в палатку.
Внутри было темно, и пришлось зажечь лампу, чтобы хоть что-то увидеть. ‘Ринг растянулся на ее узкой койке. Койка была коротка для него, и ноги свешивались вниз. Он начал расстегивать грязную разорванную рубашку, но заснул, дойдя до третьей пуговицы. Последний раз он брился четыре дня назад, и у него успела отрасти довольно густая черная щетина.
Мэдди подошла и поцеловала его. Легкая улыбка тронула его губы, но он не пошевелился.
— ‘Ринг, — прошептала она, но он так и не проснулся.
«Вот и говори после этого о воображении, — подумала она. — Непохоже, чтобы оно не давало спать по ночам». Вздохнув, Мэдди недовольно посмотрела на сложенные в углу одеяла. Опять придется спать на полу, но на этот раз одной, а не в объятиях ‘Ринга. Она была уверена, что не заснет. Но, прикоснувшись к одеялу, немедленно провалилась в сон.

Мэдди проснулась поздно и сразу почувствовала, что что-то не так. Она еще плохо соображала со сна, но чувства безошибочно подсказывали: что-то не так.
Проснувшись окончательно, она обнаружила, что лежит на койке, а не на полу. Значит, ночью ‘Ринг перенес ее на постель, но его самого на полу не было. Его вообще не было в палатке.
Накинув одеяло поверх ночной рубашки, Мэдди вышла на улицу. Эдит склонилась над костром, помешивая что-то в котелке, а Тоби сидел на земле и пил кофе.
— Где он? — спросила Мэдди, и по ее голосу оба поняли, что она не потерпит лжи.
— Он оставил вам письмо, — ответил Тоби, извлекая письмо из одного из многочисленных карманов армейской куртки.
Мэдди не хотелось читать письмо, но она знала, что должна это сделать. Дрожащими руками она развернула листок:

«Не выступай сегодня. Дождись меня. КХМ ».
Она посмотрела на Тоби. Письмо было просто сложенным листом бумаги, и Мэдди нисколько не сомневалась, что и Тоби, и Эдит прочли его.
— И это все? Все, что он мне оставил? Сколько мне его ждать? День? Неделю? Год? Он хоть кому-то из вас сказал, куда ушел и когда думает вернуться?
— Нет, мэм, — ответил Тоби, не поднимая глаз. — Но парень никогда никому ничего не рассказывает. Сам все решает, да.
— Он лишь отдает приказы, вы это имеете в виду? — Повернувшись, Мэдди ушла в палатку.
Там она села на койку и снова посмотрела на письмо. «КХМ», — подумала она. Одни инициалы, словно она была незнакомым человеком, или одним из его солдат, или…
Ее обуяла злость. Мэдди отлично знала, куда он ушел: выслеживать тех, кто захватил Лорел. Она предвидела, что это случится, как только расскажет, почему выступает на Западе. Увидев его, она сразу поняла, что мужчина такого склада будет чувствовать себя ответственным. Ему до всего есть дело, и он во все должен вмешиваться.
Мэдди начала одеваться, но пальцы дрожали так сильно, что никак не удавалось застегнуть пуговицы. Пришлось позвать Эдит.
— Что вы собираетесь делать? — спросила Эдит.
Мэдди не надо было объяснять, что та имеет в виду.
— Буду выступать, конечно. Я не позволю капитану Монтгомери вмешиваться в мою жизнь. Я… — Она замолчала и сделала глубокий вдох. — Я не буду выступать сегодня. Буду ждать его. Я сделаю так, как он хочет.
— Старатели разозлятся не на шутку. Они притащили сюда этот рояль и съехались со всей округи послушать ваше пение.
— Ну и что, я не буду петь! — Мэдди почти кричала. — Если он может рисковать жизнью, я могу… — она не договорила. Будь она проклята, если расплачется перед Эдит. — Оставь меня. Скажи старателям, что я заболела.
Эдит неодобрительно фыркнула и вышла из палатки. Мэдди долго сидела на койке, обхватив голову руками. Она была так напугана, что даже не могла плакать. И зачем ему понадобилось это делать? Ей и без того хватало переживаний из-за Лорел. А теперь и его жизнь в опасности.
Услышав, как кто-то вошел в палатку, она подумала, что это Эдит, и, не поднимая головы, сказала:
— Уходи.
Но это был Тоби.
— Я принес вам поесть.
— Я ничего не хочу.
— Я-то знаю, что вы сейчас чувствуете. Тело будто с ума сходит, не хочется ни есть ни пить, ничего.
Мэдди закрыла лицо руками.
— Он поехал за моей сестрой. Один против Бог знает скольких людей. Они убьют и его, и мою сестру.
— Может — да, может — нет. Чудно, что вы так к нему привязались.