Город Эмбер: Побег

все стороны. Я видела этого человека дважды. Не знаю, почему я его тогда сразу не узнала. Может, потому, что до этого я его видела только спереди.
Я доставляла его сообщение в свой первый рабочий день.
– Так кто же это? Кто это такой?! – Дун даже подпрыгнул от нетерпения.
– Это Лупер. Лупер, который работает на складах. Парень Лиззи. Дун, – Лина наклонилась вперед, – он передал мне послание для мэра. И в послании говорилось: «Доставка в восемь».
– Значит…
– Значит, это он таскает для мэра разные вещи из хранилищ. А часть краденого дарит Лиззи, а еще что–то продает в своем магазине.
– Ах ты! – вскричал Дун, хлопнув себя ладонью по лбу. – Как же я раньше не догадался! Там же есть люк в своде, в этом триста пятьдесят первом! Он ведет наверх, прямо в хранилища! Через него–то и лазит Лупер! Помнишь, что мы слышали в тот день? Сначала скрежет – это открылся люк. Потом глухой стук – это он бросил в люк мешок с добром. А потом такой звук, будто кто–то спрыгнул откуда–то сверху и тяжело приземлился.
– И потом пошел медленно–медленно…
– Потому что он тащил тяжелый мешок!
– А обратно шел быстро, потому что оставил все у мэра. – Лина перевела дух. Ее сердце колотилось, а руки были холодны как лед. – Нам надо придумать, как поступить, – сказала она. – Если бы вором был кто–нибудь другой, надо было бы немедленно рассказать все мэру…
– Но мэр как раз и есть преступник, – с горечью закончил Дун.
– Тогда, мне кажется, надо сообщить стражам, – сказала Лина. – По старшинству они следующие за мэром. Хотя я не очень–то их люблю, – добавила она, вспомнив, как ее грубо волокли по лестнице с крыши ратуши. – Особенно старшего стража.
– Ты права, – согласился Дун. – Мы должны рассказать стражам. Они спустятся в Трубы и убедятся, что мы говорим правду. Мэра арестуют, а весь товар вернут обратно на склады. А уже потом они смогут рассказать всему городу, что произошло.
– Отличная идея, – подхватила Лина. – А мы тем временем можем заняться более важными вещами.
– Какими?
– Разобраться с «Правилами». Теперь, когда мы знаем, что нашли не ту дверь, мы просто обязаны найти нужную.
– Ох, не знаю, – скептически вздохнул Дун. – Мы, может, насочиняли себе неизвестно что насчет этих «Правил». А что, если там речь всего лишь о какой–нибудь кладовке для инструментов? – Он издевательски протянул: – «Правила для Эванса»! А кто он такой, этот Эванс? Может, так звали какого–нибудь работягу в Управлении трубопроводов, настолько тупого, что для него пришлось составить специальные правила, чтобы он не потерялся в туннелях? Почему нет? – Он покачал головой: – Не знаю, не знаю. По–моему, эти инструкции просто бред сивой кобылы.
– Бред сивой кобылы? Это еще что такое?
– Это значит «бессмыслица». Старинное выражение. Вычитал его в одной книжке в библиотеке.
– Но они не могут быть бессмыслицей! Зачем же тогда надо было прятать их в такой красивый ящик? Да еще с таким хитроумным замком?
Но Дун не был расположен прямо сейчас ломать над этим голову.
– Завтра разберемся, – сказал он. – А сейчас пошли найдем стражей.
– Погоди, – сказала Лина, хватая его за рукав куртки, – я хочу еще кое–что тебе сказать.
– Что?
– У меня бабушка умерла.
– О! – Дун изменился в лице. – Как это грустно! – сказал он. – Мне так жаль!
Его искреннее участие настолько тронуло Лину, что из глаз у нее брызнули слезы. Дун мгновение колебался, а потом шагнул вперед и крепко обнял ее, так крепко, что она даже закашлялась, а потом засмеялась. В этот миг она поняла, что Дун, этот тощий черноглазый Дун со своим ужасным характером, со своей жуткой курткой, со своим добрым сердцем, – сейчас самый близкий ей человек. Ее лучший друг.
– Спасибо, – сказала она и улыбнулась ему. – Пошли и поговорим со стражами.
Они пересекли площадь и поднялись по ступеням ратуши. В вестибюле за столом дремал младший страж Бартон Сноуд, с которым Лина познакомилась еще во время своего первого визита сюда. Он опять что–то жевал, и его челюсть мерно двигалась из стороны в сторону.
– Страж, – обратился к нему Дун, – нам надо поговорить с вами.
Охранник медленно поднял глаза.
– Пожалуйста, – сказал он, – слушаю вас.
– С глазу на глаз, – добавила Лина.
Лицо младшего стража выразило недоумение. Он внимательно оглядел вестибюль, и его маленькие глазки так и впились в Лину.
– Так тут вроде и выходит с глазу на глаз, – медленно произнес он. – Тут же никого нет, кроме меня.
– А вдруг кто–нибудь войдет? – спросил Дун. – То, что мы хотим вам рассказать, – это тайна. И чрезвычайно важная.
– Важная тайна? – оживился охранник.
Он кряхтя поднялся со своего стула и отошел с ними к