Город Эмбер: Побег

канатов спустите лодку на воду»? Мы опустим ее, держа за канаты. И привяжем их к чему–нибудь, чтобы она не уплыла.
– К чему?
– Тут в стене должен быть крюк или что–то в этом роде.
Дун подошел к самому краю выступа, встал на колени, опустил одну руку в воду и стал ощупывать берег. Сначала под его пальцами был лишь гладкий мокрый камень, но он продолжал шарить под водой, взад и вперед, вверх и вниз. Река струилась сквозь его пальцы. И наконец он нащупал металлический стержень, вбитый в берег под водой и похожий на ступеньку, по которым они только что спустились.
– Нашел! – крикнул Дун. Он вскочил на ноги и вернулся к лодке. – Давай вытащим ее наружу, – сказал он.
Они подняли лодку и осторожно понесли ее к воде. Когда они выходили в дверь, Поппи захныкала.
– Не плачь! – крикнула ей Лина. – Сиди на месте! Мы сейчас вернемся!
Они подтащили лодку к кромке берега и осторожно опустили ее острым концом по течению. Дун снова встал на колени, нащупывая металлический прут.
– Давай мне конец каната, – попросил он.
Какого именно? Лина на секунду задумалась, а потом сообразила, что это должен быть канат, который привязан к дальнему от реки боку лодки – этот бок окажется у берега, когда они спустят ее на воду. Она размотала канат, перебросила его через лодку и протянула конец Дуну, а он лег на живот, опустил голову над самой водой и привязал его к железному пруту. Потом поднялся на ноги, вытирая рукавом мокрое лицо.
– Теперь, – сказал Дун, – мы можем спустить ее на воду.
Из темной комнаты снова послышался плач.
– Иду! – крикнула Лина и бросилась к Поппи. Она подняла ее высоко над головой и шепнула заговорщическим голосом, которым обычно объявляла о начале какой–нибудь интересной игры: – Мы отправляемся в путешествие, Поппи! Мы оправляемся кататься, кататься по воде! Это будет весело, вот увидишь! – Она задула свечу, оставленную Дуном, и вынесла Поппи на берег.
– Мы готовы? – спросил Дун.
– Думаю, да.
«Прощай, Эмбер», – подумала Лина, и на мгновение перед ее глазами мелькнуло видение сияющего города ее грез – мелькнуло и тут же исчезло. Она совершенно не представляла себе, что ждет их впереди.
Лина посадила Поппи к стене у входа в галерею.
– Сиди здесь, – сказала она. – Пожалуйста, не двигайся с места, пока я тебе не скажу.
Поппи уселась на камень, раскинув свои пухленькие ножки, ее глаза были широко раскрыты.
Лина взялась за канат, привязанный к задней стороне лодки, Дун – за передний. Они подняли лодку и развернулись так, чтобы она нависла над водой. Лодка угрожающе раскачивалась на канатах.
– Опускай! – крикнула Лина, и канаты скользнули по их ладоням.
Лодка пошла вниз и плюхнулась в бурлящую воду. Она тут же стала биться и рваться, но узел Дуна держал крепко. Лодка ждала их.
– Я сажусь! – крикнул Дун.
Он нагнулся, схватился за край лодки одной рукой, повернулся спиной к воде и шагнул в лодку. Лодка сильно качнулась, Дун пошатнулся, но тут же снова поймал равновесие.
– Все в порядке! – крикнул он. – Давай мне Поппи!
Лина подняла Поппи, которая, увидев дергающуюся лодку и вспененную реку, заревела и начала брыкаться. Но надежные руки Дуна были рядом, и Лина передала ему ребенка, а в следующую секунду спрыгнула сама, и всех троих сразу бросило на дно лодки, так сильно ее качнуло.
Но Дун быстро встал на колени и начал подтягивать канат, которым была привязана лодка. Подтянувшись близко к берегу, он стал распутывать узел под водой. Река плескала ему в лицо. Он дернул за узел, тот развязался, он отпустил канат – и лодка рванулась вперед.

Несколько секунд Лина могла видеть проносящийся мимо обрыв берега и неумолимо надвигающуюся огромную пасть провала. Потом эта пасть поглотила их, и свет туннеля остался позади. В полной темноте лодку бросало и крутило, и Лина, сидя на дне, одной рукой прижимала к себе Поппи, а другой отчаянно пыталась ухватиться за что–нибудь. Дуна бросало на нее, а ее бросало на ящики. Поппи ревела во весь голос.
– Дун! – крикнула в отчаянии Лина, и он крикнул в ответ:
– Держись! Держись!
Но рука, которой она держалась за край лодки, сорвалась, и ее стало швырять из стороны в сторону. Лина боялась, что Поппи ударится о металлическую скамейку или ребенка вырвет у нее из рук и выбросит в реку.
Лодка налетела на что–то под водой, на секунду замедлила ход, но тут же понеслась дальше. «Словно тебя проглотили, – успела подумать Лина, – словно ты в чьем–то брюхе: кругом темно, и все крутится и ревет на тысячу голосов».
Лина уже не могла понять, где ее ноги, а где – Дуна. Поппи так вцепилась ей в шею, что