Продолжение приключений изобретательствующего попаданца. Чертежей автомата, самолета и танка у него нет, поэтому он знает только то, что есть у него в голове: либо помнит со школьных лет, либо сталкивался в профессиональной деятельности.
Авторы: Подшивалов Анатолий Анатольевич
одну – как-то нехорошо получится…, – ответил Государь.
– А что за человечек-то? – полюбопытствовал друг-собутыльник Петя.
– Да есть тут один асессор по Главному Штабу в разведочном отделе у полковника Агеева его заместителем служит.
– Постой, не Сергея ли Семеновича? Он, как и я из гвардейских корнетов, только помоложе меня лет на двадцать пять будет, выпустился с отличием из Николаевского училища, да по деньгам не потянул службу в гвардии, обеднела семья и я его сам соблазнил перейти в Жандармское, которым тогда последний год командовал, офицером по особым поручениям, для дел сложных и государственной важности. Выходит не ошибся в нем: дельный и умный офицер, надеюсь, что и помощники у него такие.
– Так на полковника Агеева тоже представление есть, к Владимиру 4 степени с мечами, не успели сразу наградить, когда англичане вздумали взбунтовать князьков в Туркестане, – объяснил Черевину царь подвиг его протеже, – Там форменный бой был на границе – полусотня казаков с Агеевым против тысячи, а то и больше басурман с английскими офицерами во главе, – и ничего, отбились в горах, как в Фермопилах царь Леонид против персов.
– Да, геройский офицер, достоин и Георгия, – сказал Черевин, – что ж не дать, как достоин. Против превосходящих сил врага…
– Нет, Петя, не одобрила это представление Георгиевская дума, там дело секретное, нельзя им было всего знать, – ответил царь озабоченно, – пусть уж я этому офицеру должен буду, хотя и одобрил ему отдел разведочный набрать и полковника за заслуги получить. Он ведь тут еще двух шпионов с их помощниками раскрыл…
– Шпионов? Давненько у нас никого не ловили, все больше бунтовщиков-революционеров, а вот про шпионов не слышал, а что за помощники, не понял я? – захотел уточнить детали генерал, – шпионские или агеевские?
– Да и те и другие были, – усмехнулся царь, вспомнив смешное, – мне тут Николай Николаевич рассказывал, они, шпионы эти, агеевского помощника в плен взяли и предложили секреты им рассказать, бумагу о сотрудничестве с британской разведкой подписать, да еще обещали ему дать денег, титул и дом в Лондоне, а если, мол, не согласишься – в бочке с гавном утопим. Так помощник этот на всех листах им по английскому матерному слову подписал – а вместе самое срамное ругательство у них получилось. Шпион как увидел, аж позеленел – Агеев был в соседней комнате и все через щелку видел и слышал, – царь расхохотался, – Обручев говорил, что сам эти листы видел, так и выведено, как подпись.
– Бравый помощник у Агеева, офицер, в каком чине? – улыбаясь, спросил генерал, – за это тоже наградить надо.
– Нет, статский чиновник, из купцов, – но головастый и храбрый, – вот второе представление на орден, – о товарища фельдцейхмейстера генерала Софиано, – царь взял другую бумагу, – генерал пишет, что во время испытаний изобретенных этим чиновником, Степанов его фамилия, ручных бомб, начиненных им же изобретенной взрывчаткой, по неловкости адъютанта одна из готовых к взрыву бомб выкатилась под ноги генералам Софиано и Демьяненко с их штабом. Сила взрыва была бы такая, что убило бы 3–4 человек, а остальных покалечило. Так этот Степанов ухитрился бросить бомбу в окоп, где бомба взорвалась, никого не задев.
– Вот я и говорю, герой этот Степанов, хоть и из купцов, – все-таки ухитрился глотнуть из фляжки Черевин, – да еще и изобретает…
– А третье представление по изобретению Степанова от начальника Военно-Медицинской Академии, – продолжал царь, и тоже на Анну 3 степени, но не положено же одинаковые награды давать, а если в черед, как положено, так сразу два шейных ордена будет: вторые Станислав и Анна, 3-й Станислав у него уже есть.
– Так он, что, бомбами лечить вздумал, – хохотнул Черевин, как всякому алкоголику со стажем, ему было достаточно глотка, чтобы захмелеть, – кое-кому из этих докторишек тоже бомбу с фитилем надо вставить (куда вставить, генерал не успел уточнить).
– Петя, ты не дослушал, Степанов изобрел препарат, который испытывали в Академии почти полгода и получили отменные результаты при лечении обожженных и раненых, – стал объяснять Черевину царь, – такого лекарства ни у кого в мире нет, будет только у нас в России, привилегии получены еще и во Франции и британцы тоже дали патент, хотя и не сразу. За это лекарство да за новую взрывчатку его немецкий шпион вместе с товарищем и взорвал в их лаборатории, товарищ погиб, а Степанов сильно обгорел, пока его вытаскивать пытался. Это мне генерал Обручев рассказывал. А еще, кроме взрывчатки Степанов для военного ведомства новое снаряжение изобрел, чтобы бомбы его сподручнее было солдатам носить и во время испытаний новой
