Продолжение приключений изобретательствующего попаданца. Чертежей автомата, самолета и танка у него нет, поэтому он знает только то, что есть у него в голове: либо помнит со школьных лет, либо сталкивался в профессиональной деятельности.
Авторы: Подшивалов Анатолий Анатольевич
написал текст на немецком и на французском и попросил отправить телеграммы на адрес Университетов срочным тарифом в Цюрих и Париж, соответственно. Дал дворецкому 30 рублей и приказал отправить человека на телеграф, немедленно. Потом вернулся околоточный и я попросил его проехать со мной к нотариусу. Узнав у дворецкого, что за нотариус вел дела деда, мы поехали к нему в контору. Открыв сейф и найдя там запечатанный сургучом конверт, нотариус сказал, что, действительно, у него хранится второй экземпляр завещания, но он может вскрыть его только в присутствии всех родственников. Околоточный сказал, что часть родственников, возможно, приведут в кандалах, поскольку они задержаны за попытку вскрытия опечатанного сейфа, самовольное вторжение в жилище и распоряжение не принадлежащим им имуществом в отсутствии лица, имеющего право наследования, а также за нападение на государственного чиновника и родственника покойного. Материалы будут направлены в суд, который и примет решение.
Итак, завещание существует, но огласят его после приезда Лизы. Дела деда по заводу пока ведет его душеприказчик, такой же как он, купец первой гильдии, старообрядец, после обеда он пожалует к нам в дом и расскажет все по производству. Я попросил дворецкого прибрать в доме, чтобы было не стыдно встретить гостя, а потом пошел на Рогожское кладбище, где мне показали свежую могилу. Дед, что же я теперь буду делать без тебя!
Пришел дедов душеприказчик
, очень набожный купец первой гильдии, тоже, как и дед, рогожский строобрядец. Он долго крестился на икону и бил поклоны, поминая ушедшего Ивана Петровича. Потом, после обильного обеда, он открыл большую книгу, вроде той, что в мое время называли «амбарной» и предоставил мне знакомиться в рядами цифр, периодически показывая счета и накладные. То есть, я понял, что дела велись скрупулёзно и ни копейки не пропало. Из этих цифр следовало, что спрос на ТНТ и СЦ растет просто по экспоненте, что являлось хорошей новостью, а плохой новостью было то, что при таких темпах спроса, сырья на них осталось на две недели. Купец пояснил, что резервный счет у Управляющего почти исчерпан: закупки сырья на действующее производство, выплата жалованья, и, самый главный источник расходов, – строительство новых заводов, где уже были возведены стены цехов под крышу и до начала дождей требовалось их перекрыть – это срочные работы и они требовали привлечения рабочих и закупки материалов, что и было произведено. Работы велись днем и ночью, при свете костров, до снега требовалось закрыть цеха перекрытиями, вставить окна и двери и начать внутренние работы. Еще одной неприятностью была остановка выпуска ПАСК и АСЦК – в реакторах, которые пришлось сделать из обычного котлового железа, внутренняя стенка была изъедена коррозией и дальнейшая работа под давлением грозила взрывом. В общем, надо ехать в Купавну и лично во всем разбираться. К сожалению, моих личных денег в банке хватит, чтобы обеспечить работу завода и строительство максимум на две недели, даже с учетом прибыли от продажи готовой продукции. Так что, если не удастся вывести дедовы средства из-под секвестра, грозит остановка завода, прежде всего выпуска ТНТ и СЦ, потеря репутации надежного торгового партнера и все вытекающие отсюда проблемы. Придется занимать деньги под залог дома и лавок…
Быстрее бы уже Лиза приезжала, а если ее не удастся быстро найти, ждать, когда сама напишет. Дворецкий сказал, что она писала деду где-то раз в месяц и письмо от нее было недавно. А вот где оно, он не знает, наверно, у деда в бюро, которое в кабинете, а оно тоже опечатано и ключ отбюро, вместе с ключом от сейфа, забрал следователь, отдельно запечатав в пакет на котором расписались понятые, в число которых входил и он… На всякий случай, я посмотрел в открытых ящиках стола, где уже успели порыться Николаша с Иваном, обнаружил там же взломанный тайник, где, видно и лежало уничтоженное завещание (выходит, Николай знал о нем, а дед мне ничего не говорил, странно), а вот писем от Лизы, где был бы обратный адрес, я не нашел. Нашлись сложенные в ящики письменный прибор из малахита, подарок деда, и турецкое оружие из кабинета Генриха, подаренное мне Лизой, которые были в моей комнате. Видимо, родственнички собирались их вывезти и продать, но не успели. Больше вроде ничего из дома не пропало, по крайней мере, дворецкий так сказал.
Заехал в банк и забрал пять тысяч рублей, три еще остались на счете. Да, что-то мои траты в два с половиной раза превышают то жалованье, которое я получаю. Надо жить поскромнее, а то обеды в лучших ресторанах, билеты первого класса, да и вообще
