Продолжение приключений изобретательствующего попаданца. Чертежей автомата, самолета и танка у него нет, поэтому он знает только то, что есть у него в голове: либо помнит со школьных лет, либо сталкивался в профессиональной деятельности.
Авторы: Подшивалов Анатолий Анатольевич
монеты. Выяснилось, что из-за падения курса франка рубль укрепился, то есть сейчас выгоднее избавиться от ассигнаций (кто знает, что там за год произойдет, чего еще Витте учудит, история уже пошла немного другим путем, а золото – всегда золото), поэтому дал поручение банку перевести 170 тысяч ассигнациями в золотые франки, без разницы, десяти или 20-франковыми монетами. Решил, что 80 тысяч потрачу на экипировку отряда, и есть у меня идея, как можно сэкономить..
Позвонил на завод Управляющему (многие подмосковные города и и поселки, где были заводы, по просьбам промышленников и при их участии, связали телефонными линиями со столицей еще начиния с 1885 г.) договорился о встрече завтра, потом попросил телефонировать мне начальников цехов – Мефодия Парамонова и Василия Егорова, не позднее чем через час. Попросил дворецкого пригласить купца-душеприказчика на обед. Дворецкий принес письмо от Лизы, курьерское, дошло быстро. Лиза сообщала, что у нее все хорошо, она проверила пробы в лаборатории Мечникова в его присутствии, так как сама недостаточно еще владеет техникой бак. посева. Тестовые штаммы: стрепто– и стафилококки и кишечная палочка. Получены очень интересные результаты – пробы I и III показали сходные результаты в отношении угнетения роста грамположительных стрептококков, чуть хуже – стафилококков, а проба IV хуже угнетала рост стрептококков чем I и III, зато лучше действовала на стафилококков и что самое главное – угнетала рост грамотрицательной кишечной палочки. Понятно, что I и III – это СЦ, а вот новый препарат…Да он хуже действует на стрептококков и вроде как угнетает «хорошую» кишечную палочку, что другой исследователь отнес бы к отрицательному воздействию. Но! Кишечная палочка была выбрана как модель грамотрицательного микроорганизма, значит, теоретически, препаратом V можно лечить, например, кишечные инфекции, включая дизентерию, да и та же холера – грамотрицательный вибрион. Это открывает широкие перспективы! Надо продолжать исследования, скорее всего, ребятам удалось синтезировать сульфадиметоксин, а может, уросульфан или норсульфазол. Дальше «попытал» Андрея Андреевича, но, к сожалению, кроме названий препаратов, он ничего не помнит, но одно ясно – это новый сульфаниламид, более продвинутый по показаниям и интересный с точки зрения медицинского применения. Два других потенциальных препарата никакого угнетения роста тестовых бактерий не выявили.
Еще один сюрприз – с противотуберкулезными препаратами. Здесь также две пробы ушли в «шлак», два препарата дали сходный бактериостатический эффект – это ПАСК, зато препарат под номером 5 оказывал более выраженное действие на ДЕЛЯЩИЕСЯ бактерии туберкулеза, обладая бактерицидным эффектом (то есть, он убивал их). Вот в отношении затаившихся, статичных неделящихся бактерий, препарат 5 не действовал. Отсюда вывод – ПАСК и № 5 нельзя употреблять вместе – вместо пользы будет вред. Но то, что в Купавне нашли бактерицидный препарат против туберкулеза – это прогресс (Андрей Андреевич подсказал «изнутри головы», что это, скорее всего изониазид, который и в 21 веке считается препаратом первой линии и входит в список жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов).
Так что Вознесенского и Парамонова можно поздравить: вот учредит Нобель свою премию (а если не учредит?) – то это нобелевка по медицине.
Ага, вот и один из нобелевских лауреатов звонит (а, может, «степановских», вот, если разбогатею на ТНТ, то учрежу премию имени себя, любимого и родного, шучу, тогда уж в память деда). Рассказал ему результаты, обещал прислать Петю с заветной бумажкой с шифром пробирок. Новости хорошие – запустили все реакторы, все работает как надо и ПАСК сыпется в стакан. Сказал, чтобы срочно отправляли, сколько есть, в Питер, иначе там испытания встанут, а перерыва в приеме быть не должно. И пусть в Питере сразу в Академию телефонируют, что препарат появился. Заодно отправьте СЦ – они в нем нуждаются. Мефодий Парамонов сообщил, что для СЦ готовятся запустить еще два реактора – спрос очень большой, приезжают прямо на завод и сметают то, что есть, чуть не из реактора, так что придется и новые делать.
Потом стал говорить Егоров, я ему сразу о Панпушко сказал. Помолчали, он спросил, как это случилось?
Я рассказал, опять помолчали, потом он продолжил, что запустили еще три реактора, а спрос не удовлетворен, пятый реактор уже некуда ставить: в цеху не повернешься – везде опасная зона отмечена. В цеху СЦ только два реактора опасные, там еще пройти можно, а у него – все, больше некуда. Я сказал, что уезжаю на год, доверенность на счет у Управляющего, его контролирует мой душеприказчик, из староверов, дедов приятель. По всем вопросам обращаться
