Приключения попаданца-изобретателя в Абиссинии времен правления негуса Менелика II. Итало-абиссинская война, сдвинутая вперед на три года, вот-вот начнется. Главный герой находит общий язык с расом (князем) Мэконныном и договаривается с кочевниками и махдистами, что те не ударят им в спину во время войны с Италией.
Авторы: Подшивалов Анатолий Анатольевич
– 100 «ананасок», а остальное все было, в общем-то, на месте: артиллеристы «раздербанили» только двадцать два револьвера – интересно, по какому-такому случаю? Я, вроде, барону разрешения тащить что понравится, не давал. Естественно, не было семи ящиков с пулеметами и семидесяти лент к ним. Все остальное было на месте, даже три жестянки со спиртом, СЦ и ТНТ тоже не трогали, многие считали ТНТ мылом. Кстати, о мыле – есть еще оно у нас? Если есть, пришлю казаков за мылом, а то они последний раз щелоком
стирали.
– Продуктов, как я понимаю, никаких не осталось? Ни круп, ни муки, ни, тем более, консервов… А ведь помню, как бравые артиллеристы грозились, что у них все с собой есть, а здесь, как выяснилось, ни провиантских складов, ни еврейских шинков, которые по твердому убеждению старшего фейерверкера Михалыча, должны быть везде. А где два ружья, я встретил охотников, так у них только две двустволки, а помню, что я покупал четыре штуки и двое из них – с дополнительным нарезным стволом под винтовочный патрон. Ах, у господ офицеров были, а потом они их в оружейке оставили, как и припас охотничий! Ну, понятно..
Титов стал оправдываться тем, что, как он мог просто хранить продукты, когда люди голодают? Я согласился, что голодать не надо, хотя припасы хранились только для казаков и добровольцев, а вы добровольцев выставили идти неизвестно куда, дав с собой два плохоньких ружья. Вообще-то у артиллеристов должны быть свои деньги на закупку продовольствия, они хоть раз его закупали? Понятно, легче пойти и взять у доброго интенданта ящик консервов, чем взять французского консула за грудки и трясти его как грушу. Пригрозили бы отправить с русским пароходом статью «Пти журналь» и снимки (у топографа был фотоаппарат) голодающих русских – сразу же бараны бы нашлись, за деньги, но нашлись бы!
Зашел к казакам, они спросили, нет ли новостей от наших?
– Пока новостей нет. Возьмите мыло у интенданта. И если надо, получите у него деньги на продукты. А-а, забыл… у него и продуктов нет и денег мало. Говорите прямо мне, если чего надо купить!
Сказали, что пока их кормят хорошо, и на охоту они ходят, вон опять диг-дигов подстрелили. Поел свежего мяса, жареного на углях и пошел отдыхать.
Так прошло еще четыре дня – от Лаврентьева – ни слуху, ни духу, где он – никто не знает.
Вернулся к себе, отдохнувший рас был весел и сказал, что это хорошо, что я подружился с Ильгом, правда, Таиту его недолюбливает, но она всех иностранцев не любит, это так, чтобы я не обольщался…Я сказал, что был в оружейке, оказывается винтовки и патроны на месте, мы с собой брали в поход ящик с 25 штуками и патронами, еще 50 – это моя собственность, так что спокойно можем отдать негусу 175 винтовок и 17500 патронов. Гранат после показов и боя осталось немного, зато вся моя взрывчатка цела, а это почти сто килограммов – можно большую скалу взорвать. Конечно, я постараюсь всё назад забрать у Лаврентьева, если он не расстреляет все патроны и снаряды.
Вечером рас вернулся с военного совета и сказал, что Лаврентьев вместе с пятью тысячами абиссинцев окружил отряд майора Тезелли, но противник уклонился от боя и отошел (интересно как уклонился от боя окруженный Тезелли?), тогда Лаврентьев попытался с ходу взять форт, развернув батарею орудий и пулеметы. В разгар боя вернулся батальон Тезелли вместе с батальоном туземных аскари
и ударил в тыл, захватив 4 орудия, перебив или ранив прислугу. Командовавший сопротивлением артиллеристов командир батареи погиб, еще один офицер был ранен и попал в плен вместе с еще двумя десятками артиллеристов. Два пулемета в ходе боя вышли из строя (видимо перегрели стволы, не меняя воду в кожухах, а то и, вообще, ее туда не налили), применение гранат было неудачным – побило осколками самих метателей (понятно они оборонительные гранаты бросали как наступательные, а там разлет осколков на двести метров). Остальные русские вместе с четырьмя орудиями и пятью пулеметами, пользуясь тем, что абиссинская пехота стояла насмерть, прикрывая отход русских, ушли с поля боя.
Италия в тот же день объявила Менелику войну и их премьер министр Франческо Криспи приказал генералу Огюсту Баратьери
, губернатору Эритреи и назначенному командовать экспедиционными войсками, разбить зарвавшихся эфиопов.
Зашифровал и отправил сообщение Обручеву с курьером раса, попросив дождаться ответа, а уже потом пускаться в обратный путь, ответ будет в тот же день..
Зашел к казакам. Сказал, что получил плохие новости. Русские артиллеристы понесли потери (точно не известно, какие), барон фон Штакельберг
