Бывает так, что вдруг все начинает валиться из рук, и налаженная и размеренная жизнь разлетается. Любовник оказывается женат, на работе указывают на дверь, потому что твое место понадобилось дочке начальницы. Но я, Иоанна, не унываю, ведь за черной полосой всегда идет белая. Вот и мне предложили начать все сначала, с чистого листа.
Авторы: Стрeльникoва Kирa
то, что большинство их с Казимиром поединков проиграл.
— Значит, будем по утрам заниматься, — невозмутимо сообщил его величество, пока они возвращались из тренировочного зала. — А потом — вместе со мной постигать государственные дела.
И хотя радость на лице Юлиана чуть померкла, возражать он не стал. Эрик же, вернувшись к себе, некоторое время честно пытался сосредоточиться на делах, но в конце концов, понял, что все его мысли занимает только Иоанна. С хрустом потянувшись, князь отодвинул бумаги и вызвал секретаря, решив сначала пообедать, а потом уже пообщаться с госпожой поварихой на тему ее способностей. И почему при мысли о встрече с Иоанной довольная улыбка так и просится на лицо?
Я настолько углубилась в процесс, что совершенно потеряла счет времени. Хорошо, Маруня все-таки оказалась на удивление сознательной и вовремя выдернула меня пообедать, на сей раз даже не испортив ни одного блюда. Девчушка старательно выполняла все мои указания, сосредоточившись на готовке, и даже заслужила ворчливое одобрение пана Жижтова. Кстати, меховые ушки она так и не сняла, упрямо не обращая внимания на смешки и шуточки окружающих. Мы ненадолго прервались на обед, заодно и передохнув, а дальше началась подготовка к вечернему приему.
Однако, едва вернулась к своему столу, краем глаза заметила, что Жижтов разговаривает со слугой — не тем, который от королевы приходил, а другим каким-то. Не знаю, почему вдруг сердце нервно дернулось, уши встали торчком, пытаясь уловить в шуме, о чем они разговаривают, но вскоре я и сама узнала: пан Жижтов сошел со своего возвышения и направился прямиком ко мне.
— Иоанна, тебя вызывает князь Леденский, — кашлянув, сообщил он.
И откуда пришло понимание, что это тот мужчина, с кем я виделась в саду, а до того — на улице вчера? Я нервно разгладила фартук и брякнула:
— З-зачем?
Жижтов развел руками.
— Не знаю, просто сказал, чтобы тебя привели к нему. Иди-иди, негоже заставлять его светлость ждать, — он подтолкнул меня к выходу.
Делать нечего, пришлось снимать чепчик и фартук и идти за слугой в парадную часть дворца. Только в этот раз не в то крыло, куда я ходила к ее величеству, а — в кабинет к этому самому князю. В приемной несколько придворных одарили меня неприязненными взглядами, видимо, тоже ждали аудиенции, а тут я без очереди. Потом тяжелая, из темного дерева дверь бесшумно распахнулась, и я переступила порог, отчаянно робея и боясь оторвать взгляд от пола. Боже мой, я же понятия не имею, как вести себя с аристократом. И реверансы делать не умею. Ой, ма-амочки. Несколько томительных мгновений царила тишина, от которой тихонечко звенело в ушах, а потом раздался знакомый, с едва уловимыми веселыми нотками, голос:
— Доброго дня, Иоанна, да?
— Д-да, — пробормотала я, упорно не отрывая глаз от пола, а потом поспешно добавила на всякий случай. — В-ваша светлость.
Вроде, так говорил пан Жижтов? Нет, завтра срочно расспросить Анжея о местной аристократии и как с ними обращаться. На всякий случай.
— Присаживайтесь, — между тем, продолжил князь, и пришлось дать себе мысленного подзатыльника и отмереть.
Около массивного стола из темного дерева с вычурными ножками в виде лап стоял стул с высокой спинкой, на который я и примостилась, осторожно покосившись на… да, того самого мужчину. Князя Леденского.
— И можно без светлости, — добавил он, и улыбка проступила на его губах отчетливее. — Расскажите, как вы обнаружили приворотное зелье, Иоанна.
Вот кто мне скажет, почему при этих словах откуда ни возьмись, в душе поднялась досада? Конечно, меня вызвали по делу, а не поболтать просто так и познакомиться поближе, что за глупости, Анни. Я откашлялась и послушно ответила:
— Запах учуяла. Приторный такой, слишком сладкий.
Ореховые с золотистыми крапинками глаза прищурились, и князь задумчиво обронил:
— Но приворотное зелье совсем не пахнет, Иоанна. Кроме как артефактами или магией его не распознать.
Я беспомощно уставилась на него, не зная, как еще объяснить, что я действительно унюхала это проклятое зелье. Чтоб Алаире икалось ближайшие три дня.
— Но я в самом деле почувствовала запах, — повторила, стиснув пальцы. — Я не вру, — последние слова вырвались чуть громче, и я поспешно замолчала, чтобы не наговорить ничего лишнего.
— Я верю, верю, — мягко сказал князь и без всякого перехода снова спросил. — А вчера вы что-нибудь необычное почувствовали перед нападением?
— Прокисшим компотом воняло, — честно призналась ему.
— Ага-а, — протянул мой собеседник и на его лице появилось довольное выражение. — Знаете, Иоанна, есть у меня подозрение, что вы, кажется, чуете
