Бывает так, что вдруг все начинает валиться из рук, и налаженная и размеренная жизнь разлетается. Любовник оказывается женат, на работе указывают на дверь, потому что твое место понадобилось дочке начальницы. Но я, Иоанна, не унываю, ведь за черной полосой всегда идет белая. Вот и мне предложили начать все сначала, с чистого листа.
Авторы: Стрeльникoва Kирa
лукаво усмехнулась и выгнула бровь, глаза весело блеснули.
Я озадаченно моргнула, вспомнив Василия.
— Ну не сказать, чтобы прямо ах, — протянула в ответ.
— Неужели, любила? — с притворным ужасом предположила дама, и я невольно улыбнулась — ее настроение оказалось заразным, и моя внезапная хандра начала таять, как утренний туман под ясным солнышком.
— Да боже упаси, — в тон ей откликнулась я и откинулась на спинку стула. — Так, нравился, хорошо с ним все-таки было…
— Ой, я тебя умоляю, — незнакомка закатила глаза. — Тебе просто не с чем сравнивать. Что же до работы, — она прищурилась, и взгляд стал острым, испытующим. — Неужели нравилось варить кашки и супчики, да запеканки делать детишкам?
Вот тут я неожиданно смутилась, опустила взгляд и начала выписывать узоры на столешнице.
— Ну, шеф-поваром в ресторан точно не возьмут, а просто готовить по меню скучно, — я замолчала и пожала плечами.
Душа требовала творчества в рецептах, и в садике худо-бедно это удавалось, поскольку я была главной на кухне. В ресторане же вряд ли дадут такую свободу. Тут мне принесли мой кофе, а вот на мою собеседницу официантка внимания не обратила, а та и не собиралась, видимо, заказывать что-то.
— Знаешь, — задумчиво произнесла дама, сцепив пальцы и поставив на них подбородок. — Есть у меня вариант с работой. И для творчества простор, и начальник очень хороший, он только рад будет помощнице с таким талантом.
Я тут же заинтересовалась, даже не задавшись вопросом, с чего бы совершенно незнакомой тетке предлагать мне вкусное место работы. Где-то внутри сидела убежденность, что в жизни просто так ничего не происходит, и глупо было бы не использовать подвернувшийся шанс.
— Какой-то частный ресторан? Как называется? — спросила я, отхлебнув горячего напитка.
— Не совсем, но тебе понравится, я уверена, — заявила дама и достала из сумочки визитку. — Держи, позвони завтра, договоримся о встрече. Я предупрежу моего знакомого.
— Спасибо, — кивнула я, разглядывая кусочек картона, покрытый перламутром и красивыми золотистыми завитушками.
Там значилось только имя: Вышинская Любава Мирославовна. Ого, имечко. Ну и ниже номер.
— Будем строить твою жизнь заново, — подмигнув, Любава поднялась и одарила еще одной усмешкой. — И не смей думать, что все плохо, — строго прибавила она. — Все только начинается, Иоанна. До встречи, — она помахала ладонью и направилась к выходу.
Я же ошарашенно смотрела ей вслед, пытаясь понять, когда успела сказать свое имя, ведь не читает же она мысли, в самом деле. В эмоциях воцарился легкий сумбур, но преобладало над всем смутное предвкушение, от которого подводило живот и сердце начинало скакать по всей груди. Давно в моей жизни сюрпризов не случалось, особенно приятных, и, пожалуй, я к ним готова. Остаток дня прогуляла по городу, пользуясь погожим деньком, и домой вернулась в полном порядке. Все же отлично, на самом деле. Избавилась от женатика, получила интересное, интригующее предложение, так что, жизнь прекрасна.
А работа, ну что, работа? И в самом деле, кашки да молочные супчики поднадоели. Да здравствует креатив. В общем, умылась, поужинала и забралась под одеяло, практически сразу нырнув в сладкие объятия Морфея. И кто бы знал, каким будет пробуждение.
Сознание включилось резко, как будто кто-то невидимый нажал на кнопочку. Я распахнула глаза, пытаясь собрать мозги в кучу и не совсем понимая, где нахожусь, и вообще, с осознанием себя возникли проблемы. Первое, за что зацепились мысли, это собственное имя: Иоанна. И все, на этом сведения о себе, любимой, заканчивались. Ой, нет, еще твердо знала, что обожаю готовить, умею это делать и с удовольствием изобретаю новые рецепты. Я с некоторой опаской открыла глаза, отметив, что мне как-то не слишком удобно лежать, что-то определенно мешало под поясницей. Я находилась в большом светлом помещении с рядами кроватей, но больницей не пахнет, наоборот — чем-то неуловимо свежим и терпким, как сушеными травами с примесью специй. А рядом с кроватью сидела улыбчивая женщина средних лет в простом зеленом платье из льна и доброжелательно смотрела на меня.
— Вы кто? — голос получился немного хриплый, видимо, спросонья.
Приподнявшись на локтях, я еще раз огляделась, отметила, что сама одета в подобие ночной рубашки с длинными рукавами и воротом, а еще… Мои волосы. Серебристого оттенка, тоже длинные, гораздо ниже плеч, и завивавшиеся крупными локонами. В сердце кольнуло беспокойством, отчего-то я была твердо уверена, что имела несколько другую внешность.
— С пробуждением, милая, — отозвалась женщина и наклонилась, заботливо поправив подушку. — Как
