Говорящие с…

цветок?
   — Зачем? — спросил охранник, почему-то слегка испугавшись.
   — Да просто так.
   — Ну, подснежник.
   — И снова спасибо, — Эша тронула машину с места, в зеркало обзора наблюдая, как охранник возвращается на свое место, почесывая ухо рацией. — Подснежников?
   — Нет, — сказал Сева, с любопытством оглядываясь. — Смотри, у них даже тут своя церковь! Или там тоже номера? Аналой со всеми удобствами…
   — Да ты, Сева, богохульник?! — Эша остановила «фабию» у короткой широкоступенчатой лестницы. — Давай свой паспорт.
   — Я тоже пойду! — возмутился тот. — Я не маленький!
   — Лучше б ты был маленький, — заметила Эша, захлопывая дверцу. — Ты слишком много ешь.
   — А ты слишком много пьешь! И куришь! Это вредно!
   — Ты говоришь это из зависти, — Шталь огляделась. — А они устроили здесь неплохой садик… только что-то не припомню я, чтоб в слободках росли пальмы. Знал бы ты, сколько тут раньше было по весне одуванчиков… Одуванчиков?
   — Нет.
   Холл оказался небольшим и уютным, с пышной зеленью, двумя попугаями-нимфами, дремлющими в клетке, серебристо журчащим фонтанчиком и улыбчивой администраторшей лет тридцати, казалось, сплошь состоящей из сверкающих ногтей, белоснежных зубов и роскошных белокурых волос, на фоне которых все прочее как-то терялось. Администраторша забрала приглашения и вручила им регистрационные карточки. Сева, с негодованием отвергнув ее и шталевскую помощь, принялся заполнять карточку сам, делая это с таким усердием, что под конец на его лице выступили капли пота.
   — Вообще-то жилые номера у нас сейчас на втором и третьем этажах, но с учетом… — администраторша осторожно покосилась на Севу. — Я дам вам двухместный домик. Номер пять, направо от центрального входа.
   — А много сейчас постояльцев? — поинтересовалась Эша.
   — Мы начнем принимать постояльцев на следующей неделе. Гостиница только открылась, это акционные дни, — администраторша озарила их улыбкой и на мгновение опустила глаза. — Каким товарам нашего магазина «Джа-Джа» вы отдаете наибольшее предпочтение?
   Шталь вздернула брови, не сразу сообразив, к чему этот вопрос, а сообразив, ответила:
   — Водке и цитрамону.
   — Распишитесь, — сказала администраторша.
  * * *
   Войдя в номер, Эша свалила пакеты на кровать и с усталым вздохом плюхнулась в одно из плетеных кресел прежде, чем Сева, сидевший в другом, успел воскликнуть:
   — Нет, подожди!
   — Когда ты успел?! — сердито вопросила Шталь, поднимаясь с пола и отряхиваясь. Сдвинув брови, посмотрела на кресло из солнечной лозы, потом криво улыбнулась, с размаху хлопнула кресло по спинке и с комфортом в нем устроилась. — Прекрасно, Севочка! Стоило мне уехать на полчаса, а ты уже сделал из кресла шутника-мазохиста!
   — Я просто практиковался, — покаянно протянул Сева. — Я все исправлю! Да ведь только с ним и получилось. Мебель слишком новая. Никакой истории, никаких эмоций. С ней очень трудно говорить. Все равно что со мной, когда я был… А почему ты его не услышала?
   — Я слышу не всегда и не все, даже несмотря на то, что рядом со мной есть ты. Мало тренировки и полное незнание принципов. Вот хризолит свой я слышу постоянно. Наверное лучше всего я пока слышу лишь свои личные вещи. Но я же не могу возить с собой свою мебель… — Эша лениво взглянула на экран телевизора, где молодая дикторша что-то говорила с очень серьезным видом. — Господи, Светка все еще на местном ти-ви сидит?! Чего рассказывают?
   — Ограбление крупного аптечного склада пока не раскрыто, — Сева потрогал почти зажившую нижнюю губу.
   — Наверное, у кого-то тоже разболелась голова, — Шталь под неодобрительным взглядом «брата» потянулась за сигаретами. — Говорящих не ощущаешь?
   — Здесь точно никого нет, — Сева встал и подошел к окну, из которого открывался мирный озерный вид. — И пока ехали по городу, я никого не почувствовал.
   — Плохо. Завтра покатаемся еще… Вот сукин сын! — вдруг взвизгнула Эша и уронила сигарету. Сева удивленно повернулся. — Нет-нет, я не тебе, просто кое-что поняла… но как он… ну ладно же! Значит, я все узнала. Программа такая — торжественный ужин в ресторанчике на первом этаже, танцы, фейерверк, ночное катание по озеру… ну, а дальше каждый сам за себя. Кроме нас будет еще десять человек.
   — Может сразу пойдем кататься? Ну его, этот ужин!
   — Ты чего скис?
   — Я скучаю по Инне, — с грустным смущением объяснил Сева. — И… может, тебя это и насмешит, но я скучаю по нашей мебели. И… ну куда мне на этот ужин, Эша? Там все будут на меня смотреть.
   — Ну и ты на них смотри — подумаешь, большое дело! — Шталь вскочила, схватила один из пакетов