Говорящие с…

и шизанулся… Иначе почему он сейчас ничего не делает?!
   — А тогда делал? — Эша убрала пакетик в карман и встала.
   — Конечно делал, бегал, как ошпаренный, и мы все тоже! Это вначале казалось, шуточки… а потом… Но кончилось, все кончилось… Я не знаю… я думаю, он за-платил им, как они и хотели. Не знаю, как они это делали… может, какие-то, вроде тебя, — он покосился на Шталь с искренним отвращением. — Но сейчас он ничего не делает! Вообще ничего!
   — Может, он смирился?
   — Влад?! — Зюзя снова захихикал. — Только не Влад, если он не шизанулся, как я и сказал! — он с трудом приподнялся и сел, выуживая из кармана сигареты. — Мы с Владом из одного двора, мы… ё, мы пацанами столько раз вместе на рыбалку бегали. Влад всегда знал толк в наживке… он во всем толк знал, всегда вперед лез, никому ничего не забывал…и чтоб Влад с чем-то смирился?!.. Да он и когда в тот раз почти подыхал, все равно готов был всех урыть! Ну подсунул я ему этого паука! Думал, ис-пугается, встряхнется… начнет что-то делать… ни хрена! Я говорю, он еще с тех пор не в себе! Ему плевать на все стало! Вон, недавно Ромку Карташова в Саратове грох-нули, а он даже на похороны не поехал! А ведь друзья были хрен знает сколько лет, такие дела вместе крутили… — Зюзя затянулся сигаретой, поперхнулся дымом, за-кашлялся и удивленно спросил у своей сигареты: — Какого хрена я это рассказываю левой бабе…
   — Потому что левая баба может сделать так… — Эша потянула пакетик с шариками из кармана, и Зюзя отчаянно замотал головой. Она с трудом сдержала смешок, мыс-ленно проговаривая услышанную фамилию. Карташов, Карташов… распространен-ная фамилия, но не в этом дело. Где-то она уже встречала эту фамилию… совсем не-давно… и это было очень важно. Но где? В любом случае, результат один — Зюзя ни-как не тянет ни на Говорящего, ни на пособника Говорящего, и все ее действия ни к чему ни привели.
   — Ладно, — Шталь встала, — ваши внутренние трения меня не касаются. Только ска-жи, какие еще странные колтаковские неприятности списать на тебя, чтобы я не за-бивала себе голову и свой третий глаз.
   — Только паук, — Зюзя снова закашлялся. — Я больше ничего не делал!
   — В таком случае, думаю, мы сохраним наши маленькие секреты в тайне — я твою паучью шалость… — Эша застыла, потом, ругнувшись, начала рыться в своей сумке одной рукой, вторую вытянув ладонью вперед и повелев: — Не вставать!
   — Да я сижу, — удивленно пробормотал он, опасливо глянув на ладонь. Эша выта-щила записную книжку, торопливо пролистала ее, после чего сменила угрожающую ладонь на угрожающий указательный палец.
   — Роман Васильевич Карташов… одна из крупнейших саратовских фирм, зани-мающихся грузоперевозками… он что — умер?!
   — Ну да, Ромка… ну да, умер… а что такое?
   — Когда он умер?
   — Я ж сказал — недавно! Ну, кажется… недели две назад, не раньше.
   — А что случилось?
   — Горло ему перерезали, вот что случилось!
   — Это плохо…
   — Ну так, я думаю — плохо!.. А Ромке — хуже всех! Странно — с его-то охраной…
   — Раз ты помощник Влада, то наверняка хорошо осведомлен о его делах.
   Зюзя угрюмо заметил, что нет такого человека, который хорошо осведомлен о де-лах Колтакова. За время разговора, сидя на полу, он успел слегка отдохнуть, его глаза стали проясняться, и Эша уловила, что от испуга и ошеломленности Зюзя начинает переходить в фазу удивления тем фактом, что он, человек мощных габаритов и с бо-гатым жизненным опытом, слушается какую-то девчонку и даже откровенничает с ней на серьезные темы. Нетрудно было предположить, что последует за этой фазой, и Шталь поняла, что пора сворачиваться.
   — Я тебе назову несколько имен и фамилий, а ты скажешь — знаешь ли кого-нибудь из них. Просто скажешь — это совершенно все.
   Зюзя пожал плечами, потом кивнул, и Эша прочитала данные жертв предполагае-мых Говорящих-предполагаемых вымогателей — и живых, и покойных, которые она переписала из бумаг Ейщаров. Зюзя старательно выслушал, утирая мокрое от пота лицо.
   — Последние трое, — буркнул он. — Мы вели с ними дела в разное время… ну и по-том иногда пересекались. Деловая дружба, так сказать… А в чем дело?
   — Именно последние трое? — переспросила Эша почти жалобно. — Санаев, Гильман и Мусиенко . И плюс Карташов. Так, хорошо… вернее, совсем нехорошо. Здесь есть компьютер, Интернет, телефон…
   — Там, — озадаченно сообщил Зюзя, вытягивая руку в направлении одной из ком-нат. — А в чем де…
   — Там, так пошли, чего ты расселся?! Вставай, вставай, — подскочив, Эша суетливо начала его подталкивать, и Зюзя, окончательно растерявшись, покорно поднялся.
   — Слушай… я конечно,