Негласный глава города никак не мог пригласить молоденькую, никому не известную журналисточку для беседы о природе вещей.
Авторы: Барышева Мария Александровна
Вы ж ясновидящая!
— Я вижу далеко не все. Мы основываемся на энергетике… но на чем основывае-тесь вы, мне не понятно. Вы видите как-то иначе… Или вы слышите?
— Вот этот камень, — Эша, вздохнув, показала пальцем, — раньше был кулоном. По-том его присоединили к ожерелью… не так давно. Но ему не нравится компания. Ему нравится быть единственным. Готова поспорить, что это ожерелье у вас рвалось — и не раз.
Госпожа Варвара вздрогнула и устремила на Шталь долгий взгляд.
— Вы чужие здесь, — она погрозила Эше мундштуком трубки. — То, что вы умеете, противоестественно. Вы принесли сюда силы и законы какого-то другого мира, и ис-пользуя их, можете разрушить наш. Здесь и так хватает и тьмы, и бед. Лучше б вам уйти.
— Я сделаю это прямо сейчас! — заверила Эша, вскакивая.
— Ты обещала! — потребовала госпожа Варвара, протягивая руки. Шталь, пожав плечами, предоставила свои ладони, и та несколько секунд водила перед ними рука-ми, почти касаясь их, после чего вдруг пронзительно взвизгнула, словно дотронулась до раскаленного утюга, и отдернула руки, тряся пальцами.
— О, господи, — устало сказала Шталь, снова вставая.
— Я вижу поезд… — госпожа Варвара закрыла глаза и прижала кончики пальцев к вискам. — Много зеркал… много людей… украденные люди… Я вижу смерть!
— А я вижу дверь, — пробормотала Эша, разворачиваясь. Женщина открыла глаза и сделала такое движение рукой, словно отодвигала занавеску.
— Нет… туман, все пропало. Но вот ты… ты не такая, как другие. Ты — нелепость!
Эша обиделась. За всю жизнь ее называли по-всякому, но нелепостью ее не назы-вал никто, и это звучало не только оскорбительно, но и унизительно.
— Почему это я — нелепость?!
— Потому что тебе четыре года, — поведала ясновидящая, вновь принявшись попы-хивать своей укропной трубочкой.
— Мне двадцать четыре, — буркнула Эша, доставая телефон. — Правда, если учиты-вать то дело с часами, то физиологически мне двадцать шесть, но официально мне двадцать четыре. Конечно, мне часто говорят, что я выгляжу значительно моложе, но чтобы на четыре года — это вы мне крупно польстили!
— Твоему телу действительно где-то двадцать шесть, — госпожа Варвара закивала. — Но вот тебе самой — четыре. Определенно. Интересно, что бы это значило?
— Мне неинтересно! — взвизгнула Шталь, начавшая терять самообладание, и вы-скочила из комнаты, по пути запутавшись в занавесках, которые обвились вокруг нее матерчатыми щупальцами. Миновав приемную, она, толкнув тяжелую дверь, выбе-жала на крыльцо, глубоко вдохнула горячий городской воздух, пропитанный бензи-новыми парами, сунула в рот сигарету, одновременно вызывая номер Ейщарова, и едва тот ответил, затараторила:
— Олег Георгиевич, вы не представляете!.. Колтаков ведь сказал, что получил пер-вую угрозу семь дней назад, но он начал искать для себя магическую защиту и пы-тался нанимать экстрасенсов еще в середине июня! К самой авторитетной из них он приходил семнадцатого, а объявление в газете — идентичное тому, что вы мне пока-зывали — за двадцать…
— Послушайте, Эша…
— Вы понимаете, что это значит?! Ума не приложу, как вы могли пропустить…
— Где вы находитесь?..
— Минутку, — произнесла Шталь упавшим голосом. — Вы ведь ничего не пропусти-ли, да? Вы…
— Скажите где вы?! За вами сейчас же…
Чьи-то пальцы резко выдернули у нее сотовый, оборвав ейщаровскую фразу. Эша испуганно обернулась и наткнулась на приветливую улыбку Колтакова. За Владисла-вом Ильичем стояло двое охранников с непроницаемыми лицами, зеркаля стеклами солнечных очков.
— Ну и заставила же ты нас побегать, — Колтаков улыбнулся еще шире и бросил те-лефон в урну. — В машину, живо!
— Мама не разрешает мне садиться в машины к плохим дядям, — сказала Эша, ли-хорадочно выискивая пути для стремительного бегства, но Колтаков схватил ее за предплечье и потащил к припаркованному рядом внедорожнику. Шталь успела пнуть его в колено, прежде чем он распахнул заднюю дверцу и впихнул ее внутрь.
— Джип — это банально, — заметила Эша, сразу же рванувшись к противоположной дверце, но та распахнулась и на сиденье плюхнулся один из охранников, вдвинув Эшу в бок Колтакову.
— Поговори у меня еще тут! — проворчал Владислав Ильич, отряхивая брюки. — Эша, ну что это за дела? Ты подписалась быть моим телохранителем, а вместо этого бросаешь своего подопечного, болтаешься по городу, людям надоедаешь. А если б со мной что-нибудь случилось, пока тебя не было?
— А разве ты не этого хотел? — зло спросила Эша. — Влад, ты хотя бы примерно представляешь себе, что ты затеял?!
— А
