Негласный глава города никак не мог пригласить молоденькую, никому не известную журналисточку для беседы о природе вещей.
Авторы: Барышева Мария Александровна
на обратном пути? Это ведь не будет…
— Не будет, если путь будет действительно обратным, — со смешком сказал Ейщаров, после чего в его голосе зазвучало прежнее раздражение. — А теперь отправляйтесь спать и дайте мне возможность сделать то же самое, черт возьми!
Эша положила телефон на тумбочку, изгнала Бонни обратно в террариум и плюхнулась в постель, забросив руки за голову и мечтательно глядя в потолок.
Обратный путь…
О, тут было столько вариантов!
Ейщаров отключил телефон и откинулся на спинку кресла, сцепив руки на затылке. Примостившийся на подлокотнике Михаил, на котором из одежды наличествовали только ярко-зеленые трусы, с подвыванием зевнул и сказал:
— Поскольку я уже все равно ничего не понимаю, а покушения на твою жизнь не предвидится, то я пошел спать. Я не спал три дня, и никакой дождь мне не помеха!
Он сделал прощальный жест Олегу Георгиевичу и сидевшему в кресле напротив человеку и удалился. Тотчас посетитель подался вперед и спросил:
— Ты поверил мне или сам понял?
— Сложно сказать, — Ейщаров взглянул на телефон. — То, что я видел, и то, что я знаю…
— Ты поступил правильно. Сам видишь — будить там некого. Прошло немало времени. Достаточно времени. Многое можно понять, ко многому можно привыкнуть.
— Не ко всему.
— Ах вот в чем дело? — посетитель улыбнулся. — Вот что еще произошло?! Неожиданно, но вполне естественно.
— Перестань, — с легким раздражением произнес Ейщаров. — У тебя замечательный дар, но не нужно испытывать его на мне! Если слышишь больше того, что я говорю, держи это при себе, мне об этом знать не хочется. Я сделал то, что считал нужным. Как и раньше.
— Изначально твой план насчет Эши казался мне вполне разумным. Когда подошло время, он по-прежнему казался мне разумным, но уже не казался правильным. И только когда все началось, я поняла, насколько на самом деле была против, — Полина Звягинцева встала и, обойдя стол, встала за креслом, положив ладони на спинку. — Хоть наша затея и опасна, и последствия могут быть непредсказуемыми, другого выхода я больше не вижу. Но Эша сделала достаточно. Спасибо, что отозвал ее. Моя сестра…
— Мы одни, — со смешком заметил Ейщаров.
— Моя сестра, — с нажимом повторила Полина, — хорошая девочка. Конечно, у нее ветер в голове, она взбалмошная и частенько делает глупости, но она — хорошая девочка. Она имеет право быть здесь.
— Твоя сестра упряма, как баран! — Олег Георгиевич, фыркнув, вытряхнул из пачки сигарету. — Честно говоря, теперь я удивляюсь тому, что вы с ней — не кровные родственники! Все это кончится тем, что мне придется возвращать ее в город силой. Когда-то я хотел, чтобы она увлеклась работой, теперь я уж этому и не рад.
— Никто не предвидел Лжеца, — Полина пожала плечами. — Ладно. Я понимаю, ты удивлен, что я пришла ночью…
— Не вижу ничего удивительного, — Ейщаров задумчиво взглянул на окно, за которым неистовствовала летняя гроза. — Мало кто из нас спит в дождь. И я знаю, зачем ты пришла. Попросить, чтобы я сохранил все в тайне и потребовал молчания от тех, кто знает. Особенно от Мишки, который без меры болтлив и эмоционален. Ведь с тех пор, как она уехала, здесь многое изменилось. Не волнуйся, я так и сделаю. Мне странно, что ты не попросила об этом раньше.
— Раньше ты бы мог не согласиться. Я боялась, что пришлось бы…
— Угрожать мне? — Ейщаров запрокинул голову, насмешливо блеснув глазами. — У, это было бы чертовски зрелищно!
— Ты дурак! — сердито сказала Полина, уселась на подлокотник и, наклонившись, обхватила Ейщарова за шею и поцеловала в щеку, потом прижалась к ней носом. — Мне никогда не пришло бы в голову угрожать тебе! У меня кроме вас с Эшкой никого нет, и я хочу, чтобы так оно и осталось. В смысле, чтобы количество дорогих мне людей не уменьшилось.
— Оно не уменьшится, если ты ограничишься поцелуйчиками и отпустишь мою шею, — заверил Олег Георгиевич. Полина засмеялась и встала.
— Так ты обещаешь?
— Я обещаю.
— Ты говоришь правду, — Полина кивнула и ловко увернулась от брошенной в нее сигаретной пачки. — Ладно, думаю, теперь мне лучше уйти, ты весь сосредоточен на мыслях о предстоящей комиссии.
— Иногда с тобой бывает просто невероятно некомфортно, — с легким неудовольствием сказал Олег Георгиевич.
— Опять будете баловаться? Моя помощь нужна?
— Да нет. У нас и раньше бывали комиссии, — Ейщаров весело подмигнул. -Послушай… Почему ты не хочешь ее попросить?..
— Она еще слишком слабенькая, — улыбка сбежала с лица Полины. — Это ей пока не по плечу. К тому же… а вдруг я, все-таки, ошибаюсь?
