Говорящие с…

заметив движение бровей, извлекла сотовый, пощелкала кнопками и протянула Эше.
   — Глянь, это мы на Ларкином дне рождении фоткались, две недели назад.
   Эша приняла телефон и сфокусировала взгляд на дисплее, что удалось не сразу. Две раскрасневшиеся, с подмасленными глазами молодые женщины игриво улыбались в объектив, сидя за столиком. В одной женщине без труда была опознана Люба. Другая была Эше незнакома. Темноволосая, с правильными чертами лица и бархатными глазами, очень похожая на Татьяну Самойлову в молодости. Одним словом, красавица — хоть сейчас подавай Рафаэлю в качестве натуры для очередной мадонны, и какая досада, что Рафаэль давным-давно умер.
   — А это кто? — ткнула пальцем в мадонну, глаза которой, несмотря на улыбку, казались очень грустными.
   — Так Катька!
   Эша, слегка протрезвев, недоверчиво посмотрела на Любу, которая утвердительно кивала, потом обернулась туда, где читала романчик блеклая официантка.
   — Да ладно!
   — Говорю, она!
   Эша посмотрела внимательней. Отдаленное сходство действительно имелось — овал лица, цвет глаз, линия носа, форма подбородка и губ, но все это вместе… Там, на экране дисплея роскошная красавица, здесь, за столиком — тусклый, выцветший призрак, тень, никогда не ведавшая не только о красоте, но даже о миловидности.
   — Господи, что с ней случилось?
   — Так никто не знает. В сущности, у нее ведь и не болит ничего, глаза только слезятся. Ужас! За неделю — как подменили. Банкирша на седьмом небе от счастья! Катька-то с ее мужем крутила, а банкирша их и застукала. Ну Катьку можно понять — одинокая, у сына зрение почти на нуле, в спецшколе учится, папаша — алкаш, да еще и ненормальный. Катьке по жизни не везло, а теперь совсем уж, — Любу передернуло. — Банкир-то конечно сразу от нее открестился и жену свою, гад, не сдерживает, хотя прекрасно все знает! Козлы они все, вот что! И папаша ее — постоянно тут крутится, за бутылками приходит и пожрать! Нигде не работает и, естественно, бухой все время! Главное ж, от него чаще качественным дорогим алкоголем несет, чем сивухой, откуда только деньги берет?! Если только у Катьки, так у нее и денег таких не бывает. Недавно от него ну стопроцентно «Куантро» тянуло, а он недешевенький!
   Все это было очень грустно и вообще ужасно, но к делу пока отношения не имело, и Шталь осторожно попыталась было увести Любу в нужном направлении, но на этот раз официантка уперлась, продолжая живописать злоключения несчастной Катюши, которую она взяла под свою опеку год назад, едва-едва та устроилась сюда, и пытаясь и с помощью слов, и с помощью жестов довести до сведения Эши, в каком она есть шоке от всего происходящего. Решив, что ей нужна передышка, Эша отпросилась в туалет, куда и была милостиво отпущена.
   Туалет в «Аваллоне» был чистым и сверкающим. Оружия здесь не было, лат тоже, зато в изобилии имелись зеркала и искусственные растения. Убедившись, что туалет пуст, Эша защелкнула замок, отразилась в одном из зеркал, ужаснулась и, повернувшись к нему спиной, достала телефон. Подождала немного, но телефон не проявил никаких самостоятельных действий, очевидно, решив, что на самом деле, Эше не так уж и хочется звонить туда, куда она собирается. Все же Эша набрала номер и принялась выковыривать из пачки сигарету. Получалось почему-то плохо.
   — Слушаю, — вежливо сказал Ейщаров. Ну конечно, он вежливый — телефончик-то другой, и абонент ему неизвестен. Вот всегда бы таким тоном разговаривал! Если б знал, что это она, небось, сразу бы разорался! Почувствовав, что начинает приходить в агрессивное состояние, Эша не произнесла ни звука, пытаясь успокоиться.
   — Мадемуазель Шталь, вы решили перейти на общение жестами? — поинтересовалась трубка. — В таком случае, включите камеру, иначе наше общение будет весьма односторонним.
   — Как вы узнали, что это я? — мрачно вопросила Эша.
   — Только от ваших звонков у меня настроение портится заранее.
   — То есть, мне больше не звонить?
   — Я шучу, — пояснил Ейщаров со смешком. — Вы ж Мишке звонили, он мне ваш телефон и передал.
   Что-то они там какие-то веселые сегодня.
   — А чего это у нас голосок так хромает, Эша Викторовна?
   Вот черт!
   — Рановато начинаете.
   Нет, ну какое твое дело?!
   — Вы, кстати, по делу или опять жаловаться?
   — Разумеется, по делу! — злобно ответила она. — В общем, так… Я тут сейчас в туалете ресторана «Аваллон»…
   — Замечательно. А в каком городе у нас находится туалет ресторана «Аваллон»?
   — Э-э…
   Господи, ну ты ведь специально узнавала, что это за город, ты ведь даже записала!.. только где?..
   — Я так понимаю, названия вы