Говорящие с…

тридцати, одетая, вернее, раздетая в красный шифон. Стоявшая рядом с ней другая женщина, помладше, с заплаканным лицом, жалобно сказала:
   — Таня, а может, мы все-таки…
   — Не будь дурой! — отрезала та и поволокла подругу по коридору. Эша проследила, как они свернули к лестнице, глубоко вздохнула и решительно снова толкнула дверь, перед которой стояла. На этот раз та не поддалась. Эша грохнула в нее кулаком, почти сразу же за дверью что-то упало, она отворилась, и в проеме возник Леонид Игоревич — уже в зеленых плавках, которые явно были ему малы.
   — Вы где сейчас были? — сурово вопросила Шталь и вытянула шею, заглядывая за плечо открывшему. За плечом обнаружилась гостиничная комната — точь в точь, как ее собственная, только оформленная в желтовато-зеленых тонах и вместо азалий украшенная бегониями. — И где сейчас был ваш номер?
   Леонид Игоревич, едва ворочая языком, сообщил, что он и его номер были на своих местах и никуда не выходили, после чего отказался от дальнейшего участия в беседе по причине желания немедленно посетить туалет и захлопнул дверь так резко, что чуть не прищемил шталевский нос. Эша протянула руку и снова толкнула дверь, которая опять не поддалась. Потом она трижды сосчитала свой пульс, каждый раз получая иной результат. В четвертый раз Эша пульса не нашла вообще и вместо этого пощупала свой лоб. Лоб вроде бы казался горячее, чем должен был бы быть. Она глубоко вздохнула, после чего деревянно подошла к двери в свой номер и открыла ее. Села на кровать и попыталась подумать. Получалось плохо. Одно дело слышать что-то странное — это было уже вполне нормально. Но видеть то, чего нет на самом деле, и, соответственно, не видеть того, что как раз есть, это, извините, уже самые настоящие галлюцинации. Что-то было в вине… нет, лестницу она искала еще до обеда. Может, что-то подмешали в воду, которую она пила в беседке?
   А может все объясняется гораздо проще, и у нее действительно тепловой удар? Или солнечный? В чем, кстати, разница?
   Вторая версия требовала немедленного изыскания врача.
   Первая же версия требовала немедленного убегания.
   Но тут уставший и перегревшийся организм самозваного герпетолога выставил собственные требования, и Шталь, повалившись поверх покрывала, мгновенно уснула — может и не праведным, но очень глубоким и самым обыкновенным сном.
  * * *
   — Послать меня детектором! — Михаил зло хлопал ладонью по клаксону, отчего машина вторила ему столь же злобными гудками. — Ну, Георгич! Всякого ожидал, но такого!.. — он стукнул по приборной доске. — Я что — малохольный какой-то?! Я привык действовать! Ездить кругами, — его ладонь снова взялась охаживать руль, — и чего-то там ощущать — это не мое! Это, — он хлопнул по лобовому щитку, — может делать кто угодно! А у меня специфическая специализация!
   — Может, ты мне все это напишешь на бумажке, а я потом прочитаю? — сонно пробормотал полулежащий в соседнем кресле маленький человек и еще глубже надвинул бейсболку на нос. — И оставь машину в покое. Она-то здесь при чем? Кстати, если Костик узнает, что ты так грубо с ней обращался, то расстроится. А у него тоже специализация.
   — Костик в санатории загорает, ему хорошо! — буркнул водитель. — К тому же, он мне не указ. Он всего лишь зараженный, а вот я…
   — У нас нет иерархии, — заметил собеседник. — А если вздумаешь ее вводить, то тебе морду могут набить очень даже просто.
   — Просто во всем этом нет никакого смысла! Меня послали участвовать в операции, в которой я, на самом деле, вовсе и не могу участвовать! Я согласился на это лишь потому, что Георгич обещал никуда не уезжать из Шаи. А он что сделал?! Стоило нам уехать, он тут же помчался за Лжецом! Хорошо хоть взял с собой… но почему не меня?! А, дядь Слав, можешь объяснить?!
   — Я тебя старше только на пять лет, — человечек зевнул. — Еще дедулей назови!
   — Просто я не могу понять!..
   — Господи, что ж ты так орешь?.. — с тоской сказал Слава. — Изначально ведь сам согласился. Ну так все — сиди кури.
   — Мне бы делом заняться, так я тут катайся! — продолжал бушевать отставленный телохранитель. — Вон как Ольга с Костиком, так семейной парой в санаторий! Может, я тоже хочу семейной парой!
   — Как семейная пара мы будем выглядеть странно.
   — Вы, карлики, все такие остроумные?
   — Я не карлик! — оскорбился собеседник. — Сколько раз повторять?! Я просто низкий! Тактичности в тебе, Миша, как в бульдозере!
   — Зато пользы много, как и в том же бульдозере, — голос Михаил зазвучал очень вкрадчиво. — Слушай, я вот все хотел спросить — а тебе не мешает то, что ты…
   — В твоих же интересах не заканчивать свой вопрос, — предупредил человечек зловещим голосом.